Дорога мёртвых, Том 1

Лиза явственно чувствовала, что не может заставить себя говорить, словно голосовые связки оказались парализованы заклинанием безмолвия. Секретарь из Ордена вдруг очнулся, потряс головой, как задремавший на насесте петух, уставился на ученицу полупрозрачными глазами. Чёрный магистр, до этого теребивший извлечённую из кармана курительную трубку, отложил её и нетерпеливо заглянул Лизе в лицо:

— Вы боитесь? Чего именно?

— Я… не знаю, — еле слышно прошептала она.

Она знала. Вся информация, которую она по крупинкам собирала, пересматривая дедушкину коллекцию книг, учебники и пособия для искателей, труды малоизвестных волшебников, что хранились на полках у Сморчка под слоями многолетней пыли, всё перемешалось у неё в голове со сведениями из официальной школьной программы.

Для неё давно существовало только два вида заметок о тёмной магии — полезные и бесполезные, и хоть бы раз она задумалась над тем, какие из них общедоступны, а какие следует спрятать поглубже в сознание и ни за что не выдавать.

— От того, что вы перечислите названия запретных учений, в класс не явятся злые колдуны и не захватят вас в рабство, — сообщил мужчина.

Сморчок улыбнулся:

— Это ведь вопрос исключительно по вашей части, Лиза!

— Простите, но что вот это такое значит «по вашей части», будьте добры уточнить, господин Ильсен, — встрял проснувшийся секретарь.

Профессор нервно хихикнул и заёрзал на стуле:

— Имелось в виду лишь то, что Лизабет Сандберг прекрасно владеет этими знаниями и даже готовила по теме отдельный доклад этой весной.

— Вот как? — заинтересовался магистр. — Тогда, действительно, билет не должен вызвать каких-либо затруднений.

— К основным запрещённым направлениям магического искусства относятся магия разума, магия перемещения и магия призыва теней, частным случаем которой считается некромантия, — выдохнула Лиза и внезапно успокоилась.

Мир словно замедлился вокруг неё: крохотные пылинки кружились в солнечных лучах и медленно оседали на вычищенный и навощённый пол.

Со стен улыбались потрескавшиеся лица учёных и магистров в потемневших, чуть припудренных остатками фальшивой позолоты рамах. Колыхались тронутые июньским сквозняком серые льняные шторы.

— К самой трудно распознаваемой магии относятся различные виды воздействия на разум. Такие заклинания не имеют остаточных специфических излучений и часто могут восприниматься жертвой как «что-то пришло в голову», «что-то вспомнилось», «давно хотел сделать».