Зеркало сновидений

- Ты не должен лететь за ними! Это не твоя роль! Тебе не суждено догнать эту девушку: чем выше ты будешь подниматься, тем дальше она будет от тебя! Не нарушай законов сна!

Плевал я на законы сна; и на тебя, друг мой, тоже. Смачно плевал, с большой высоты. Я удваиваю усилия: в перьях свистит воздух, в ушах звенят колокола, и в общем итоге Гипноса мне не слышно. Боль, терзающая моё крыло, уже пустила корни по всему телу, словно раковая опухоль; но мне не страшно - я уже умирал во сне. Сейчас главное - лететь быстрее, ещё быстрее.

.. махать крыльями чаще... Глядя на Вивиан и остальных, я не замечаю своего движения, но оглянувшись назад, с удивлением вижу, что кирпичные небоскрёбы - и Гипнос вместе с ними - уже скрылись в каком-то тумане, словно мы взлетели над облаками.

Больше ничто не напоминает о земле. Есть только небо.

И это небо стремительно темнеет.

Магда свечой взмывает всё выше - хотя уже и сложно сказать, где верх, а где низ. Рядом с ней теперь летит какой-то парень. Я не хочу узнавать его, но не узнать не могу: это Мэтт.

Я наблюдаю, как эти двое кружатся друг вокруг друга, рисуя в небе две спирали; это уже даже не танец - это акт любви, воплощённая страсть, от которой раскаляется сам воздух вокруг и, раскаляясь, возносит их в небеса. Ах, девочка, как же тебе удаётся видеть в бесшабашном байкере белокрылого ангела, видеть и во сне, и наяву... Зачем мечтаешь летать вместе с ним, когда не можешь не догадываться, какими путями он летает...

И мои крылья наливаются тяжестью. Ну да, конечно: с такими мыслями мне нет места в небе.

Всё, что угодно, кроме мечты и радости, неизбежно потянет меня к земле... которой уже давно не видно. Я рухну с небес, придуманных Магдой, но она не услышит ни крика, ни удара. И не услышит никто. Не услышит и Вивиан.

Она летит выше всех, выше Магды с Мэттом, не позволяя никому даже догнать себя. Она одна - но её крылья наполняет любовь, излучаемая всеми вокруг. Поэтому ей без труда удаётся парить над танцующими в небе - и надо мной. Мне же не помогает ничто - и каждое усилие грозится стать последним.

.. Белое небо больше не хочет терпеть меня...

Оно больше не белое. Тьма расползлась по нему тысяченогим спрутом, отравила своими чернильными выделениями всё вокруг. Что это? Грозовая туча? Я никогда не видел, чтобы тучей становилось всё небо; нет - весь мир. В самом центре её свинцовых складок сгустилась аспидно-чёрная мгла: словно бы из глубины капюшона смотрит чьё-то лицо - только нет в этом мраке лица.