Блюз демонов

Это все еще была та же осень, когда я призналась в любви Никите и он в ответ, в общем-то, был не против заняться со мной любовью, хоть и разочарован банальностью ситуации? Это все еще была та же осень, в которую я, не чувствуя под ногами земли, шла по дорожке от большого дома до "музыкальной беседки", а в голове моей распевали на все лады безумные ночные птицы? Воздух пьянил послегрозовым озоном, память подсовывала дурацкое воспоминание (которое и не сохранилось-то в голове толком), как мы шли с Викой на соседний участок и что-то там такое случилось, но я так же, как и про ночь после Никитиной свадьбы, почти ничего не помню из того, что случилось.

- Та же, как и какая? - переспросил не-Виталик, но я почему-то была уверена, что он совершенно точно знает, что я имела в виду, что он знает мои мысли, может, слышит их или еще как-то воспринимает, но точно знает. 

- Как и вчера, - просто сказала я.

- Зависит от того, какая осень у тебя была вчера. 

И в его голосе насмешки больше не чувствовалось. По крайней мере, не чувствовалось мне. Возможно, потому что я вообще уже к этому моменту могла мало что чувствовать и находилась в состоянии, близком к обмороку. 

Черное, белое, серое - эти цвета снова наступили на меня с прежней силой, отталкивая все необыкновенные события и встречи, которые сегодня со мной приключились. 

- Это была бы очень смешная шутка, - услышала я сквозь навалившуюся темень и звон в ушах, - если бы ты сейчас потеряла сознание.

В наплывающем на глаза мраке я ожидала разглядеть на покосившемся крылечке домика фигуру Льва Васильевича, но в этот момент поросшие легкой тинкой воды старого пруда, скорее похожего на большую грязную лужу, вспенились как воды морские, выпуская на поверхность струящуюся дымными извивами фигуру львиноголового дракона.

40

Море простиралось передо мной, насколько хватало взгляда. Я знала, что это море Слез. Я знала, что оно ядовито. Я знала, что была здесь раньше. 

Понятия не имею, откуда я это знала.

Понятия не имею, кто была сейчас эта я. 

Я шла по кромке ядовитой воды, впечатывая босые ступни в смоченный ее ядом песок.