Блюз демонов

И помнила, в конце-то концов, как бессовестно украла у соседей белоснежного щенка по кличке Луна. 

Я решила, что выберу из трех остальных карт, никто не торопил меня. Я перебирала в уме карты, но то и дело всплывали перед глазами образы аркана Луна, столько раз уже повторенные в разных вариантах то ли моих видений, то ли магических путешествий. 

Вот Колесо судьбы - с черного обода свисают крюки, клепаные ремни и странного вида штуки, похожие на какой-то крепеж. Но ремни болтаются свободно, как будто жертва из этих уз уже ускользнула (и бредет одиноко по безлюдному морскому берегу аркана Луна).

Звезда. Стоя в круге тусклого света окна под самой крышей дома, девушка рисует пальцем на запотевшем окне звезду (а луны на этом небе нет так же, как и на самом аркане Луна, над девушкой безлунная ночь). 

Обнаженное тело рыжеволосой красавицы укрывает сияющая грива замершего перед ней льва - аркан Сила. (Но не эта ли самая красавица бредет потерянная, поблекшая по сумеречному берегу, потерянная, покинутая – Луна).

На каждой из трех вытянутых для меня Эль карт присутствовала (по крайней мере, для меня) какая-то ассоциация с арканом Луны, но почему? Возможно, потому, что именно на аркане Луна ярче всего для меня эмоционально отзывалось ощущение потери, ускользания, безвозвратной утраты. Как будто на каждой из остальных карт что-то настолько нарочито и очевидно отсутствовало из того, что обязательно должно было там находиться (или из тех, кто должен был там находиться), что именно отсутствие должно было натолкнуть меня на какую-то догадку, именно поэтому Луна и стала моим ключом.

"Посмотри в глаза своему дракону", - сказал мне когда-то Лев. 

"Вспоминай, через что он соединил тебя с миром", - сказала Нелла на прощанье Лале. 

Никита и его музыка - ведь это так очевидно. Я всегда жила по его времени, дышала по его музыке, шла по его следам. И как я все вспоминала без конца мгновения своей жизни рядом с Никитой, так и Лале, пока повозка без времени и направления везла ее к сумрачному безлюдному берегу, вызывала в своей памяти вновь и вновь счастливые сцены расцвета романа с тем, кого знала как молодого купца Злайха.

Когда я осознала себя Лале, я лежала в кровати под балдахином и уже почти погрузившись в сон, привычно пересчитывала магические символы лун, которыми были расписаны все потолки храмовых строений, даже моей спальни.