Блюз демонов

 

Как будто я, как и в то утро, когда не стало Эль, сидела, застывшая, на подоконнике в своей квартире, бездумно глядя в окно, а под окнами резвился белоснежный щенок и отчаявшийся женский голос все пытался урезонить разыгравшуюся собаку:

- Луна, Луна, девочка, перестань, хватит, пойдем домой!

"Домой", - прошептала я. 

Луна радостно взвизгнула и... исчезла.

Все исчезло, кроме дырчатой пелены перед глазами и кажется, что в самих глазах. Голова моя резко дернулась, сквозь шум в ушах, сквозь ломоту во всем теле я услышала низкий шипящий шепот с присвистом почти в самое ухо:

- Дыши спокойно, вдох-выдох, не задерживай дыхание.

Вдох-выдох, и только это. 

Мир стал понемножечку возвращаться, но как будто сейчас центр мира сосредоточился где-то в области моего запястья. Ровно там, где чья-то темная фигура - я не могла рассмотреть, как только я пыталась, все тут же расплывалось пятнами, - но я очень хорошо чувствовала, как кто-то больно сжимал мне запястье. И в этот момент я четко и наверняка знала, что я сейчас начинаюсь и заканчиваюсь там, где мою руку обхватила чья-то рука.

 

- Д-да... - выдохнула я. – Н-но...

- Дыши. Спокойно. Вдох-выдох.

И я по-прежнему не чувствовала опасности. И не понимала, что со мной происходит. 

Чьи-то пальцы заскользили по моей руке, как будто вырисовывая на ней  фигуры. Так и было темно в глазах, а в ушах словно эхом отдавались слова: "Вдох-выдох". И я дышала. И не думала ни о чем. Только движения пальцев по моей руке – от ладони, через запястье, к локтю и мое прерывистое, тяжелое, очень неспокойное дыхание, которое как будто бы контролировал сейчас кто-то другой.

 

Дыхание мое замедлялось по мере того, как я помимо своей воли концентрировала внимание на движениях чужих пальцев по моей руке. Я начала чувствовать, что у этих движений есть свой скрытый рисунок и, хотя я не видела его и могла доверять только своим нечетким ощущениям, я поняла, что это за рисунок. Фазы лунного цикла - от растущего месяца через полнолуние и к убывающей луне вплоть до полного ее отсутствия на небе, условно обозначаемого черным кружком.

Тот же узор чертил на песке ядовитого моря в моем видении мерцающими петлями хвоста дракон-не-дракон. Такой же узор составляли мои любимые сережки, одна из которых была потеряна в ночь после Никитиной свадьбы, а потом в бастионе ее поднес к моему уху Лев, когда я завороженно смотрела в темное окно Никитиной спальни на втором этаже дачного дома.