Верволокские сказки. Книга 2. Обещания надо выполнять.

Глава 16

Оставшийся час Лена провела на подоконнике, разглядывая пятачок каменной кладки двора, и буйные кусты сирени, которые в отличие от остального Верволока, уже вовсю цвели. Увы, ниже не становилось. Привыкнуть к мысли, что ей придется вылезти наружу по неустойчивой, болтающейся на ветру лестнице, тоже не получалось.

— Что высматриваешь, Аленушка? — вкрадчивый голос Велира прозвучал над ее ухом так неожиданно, что она чуть не осуществила свое путешествие вниз без помощи лесенки.

— Любуюсь сиренью, Ваша Мрачность, — Лена небрежно отошла от окна, и уселась за стол, — а вас папа не учил, что нужно стучаться, прежде чем зайти к даме?

Велир помрачнел.

— Алена, мне нужен твой кулон, — он повелительно протянул руку, — надеюсь, мне не придется прибегать к силе?

Лена вскочила и обошла стол, отгораживаясь им от колдуна.

— Зачем он вам? — она машинально прижала Вольгов камушек ладонью.

Хотя и так понятно — зачем. Им нужен предмет, который она носит давно, чтобы поместить туда ее Душу. Лучшего «хранилища» и не придумать.

Велир и не думал гоняться за ней вокруг стола. Наоборот, отошел к камину, и сел в кресло.

— Алена, я хотел бы, чтобы ты его отдала, пока будешь у нас гостить.

«А если я не собираюсь вам сообщать о своем отбытии?!» — чуть было в сердцах не брякнула она.

Слева от камина шевельнулась непоседливая тень, блеснули глаза.

Гораций!

Велир, сидевший спиной к камину, пока его не заметил. Но это пока…

— Берите! — Лена рывком стянула через голову амулет, и бросила на стол.

Велир, не ожидавший столь легкой победы, изумленно изогнул бровь. Но расспрашивать не стал. Молча подхватил амулет со стола, и, не оглядываясь, вышел. Стыдно, что ли, за предстоящий обряд?

Лена, не шелохнувшись, прослушала его затихающие шаги, и только потом бросилась к домовому.

— Гораций!

Домовой героически сражался с полуметровой кучей хаотически наваленных веревок, которые видимо и являлись пресловутой веревочной лестницей.

— Откуда ты ее только взял-то?

Веревочная лестница, не только страшно тяжелая, но теперь и спутанная, служить благому делу не желала.

— А ты как думаешь? Откуда я тебе вафли таскал? — домовой пыхтя, и поминутно поминая какого-то Злобного Мица, разыскал конец данной приспособления. Точнее начало.