Верволокские сказки. Книга 2. Обещания надо выполнять.

Для этого он дал смертельную клятву, и теперь мне срочно нужно во дворец до захода солнца, чтобы успеть сказать Королю…

Сотник закрыл ей ладонью, приятно пахнущей выделанной кожей, рот. Возвел глаза к небу, словно прося у него терпения, чтобы дослушать девушку, а не придушить ее вот прямо сейчас. И когда Лена уже примеривалась, как бы поделикатнее укусить его, чтобы освободиться, и продолжить рассказ, отпустил, и проникновенно глядя ей в глаза, раздельно произнес:

— Алена. Еще раз. Четко и медленно, — и подумав, добавил, — пожалуйста.

Лена вздохнула. Сдерживая нетерпение, повторила свою историю медленно и подробно.

К концу ее рассказа брови Ренера исчезли под отросшей челкой. Сотник молчал долгую минуту. Ловцы, заседлавшие лошадей выжидательно поглядывали на них, видимо ожидая от Рена указаний. Солнце ласково коснулось верхушек ближних сосен. Лена обернулась на замок. Колдуньи на крыльце не было.

— Хорошо, — Ренер откинул со лба челку, обернулся и негромко раздал какие-то указания Ловцам.

Те, то ли облегченно, то ли разочарованно зашумели, и повели лошадей в сторону замковых конюшен. Двое немолодых, с неулыбчивыми, прорезанными глубокими морщинами, лицами, наоборот вскочили на коней, и подъехали поближе. И что девушке совсем не понравилось — совершенно серьезно проверили легкость хода мечей в ножнах, притороченных к седлам.

Ренер обернулся к Лене, — мы едем во дворец.

Молодой светлоглазый паренек в легкой кольчужке уже вел для нее тонконогую серую в яблоках лошадку из конюшни колдуньи.

Все еще сердитый сотник вскочил на своего спешно доселанного коня, и ни слова не говоря махнул ей рукой, посылая коня сразу в галоп, в сторону спешно распахиваемых ворот.

Подумаешь, не очень-то и хотелось!

Лена вскочила на лошадь и раздосадовано всадила каблуки в ее бока, чуть не вылетев при этом из седла — кобылка рванула за жеребцом так резво, что Лена чуть не выпустила поводья из рук.

Ловцы невозмутимо двинулись следом.

Если сотник считает, что может безнаказанно орать на нее, то он глубоко ошибается! Она может постоять за себя! И сейчас она ему выскажет все, что думает!

Лошадиные копыта гулко прогрохотали по доскам мостика, и Лена, открывшая было рот, чтобы возмутиться, тут же спешно его захлопнула — вылетевшие на тракт лошади, подняли клубы желтоватой пыли.

Ну, в крайнем случае, Таньке наябедничает, чтобы призвала жениха к порядку!

Спустя два часа, после начала бешеной скачки, Лена немного поостыла.