Зачетная алхимия. Разозлить дракона

— Направо! — крикнул братец! Там, ниже по улице, кажись, рынок!

Лишь кивнула, надсадно кашляя. Все же алхимиком я была неплохим, жаль, узкоспециализированным: чем хуже и противнее было зелье или порошок, тем они мне лучше удавались. А разрывная пыль и вовсе получалась отменной. Все ренегаты нового континента так считали.

Жаль, глава отдела правопорядка был с ними не согласен. И почему, спрашивается? Подумаешь, стена с воротами в центре столицы… Они современному городу не очень и шли. Я бы даже сказала, мешали проезду.

И когда я их взорвала, спасая отца, стало даже лучше…

Правда, из-за этого «лучше», а также еще по ряду причин – уже не моего авторства, пришлось покинуть родной континент. И вот сейчас я едва не наглоталась собственного порошка. Хотя и старалась не дышать, а все же на пару секунд сознание помутилось и розовых гарпий все же словила.

— Давай, он нас догоняет! — между тем завопил Нар и, схватив меня за руку, потащил в рыночную толпу.

В нее мы ввинтились как два бура сверлильной магоустановки — быстро и качественно, и демона с два вытащишь.

А едва оказались в гуще людской толчеи, как резко сбавили ход, подстроившись под среднюю скорость. Братец стянул у кого-то старую, всю в заломах по полям, соломенную шляпу. Я позаимствовала цветную шаль с лотка, оставив взамен пару монет. Вещица была аляповатой, зато большой — скрыла не только мою голову. Но и плечи с доброй частью спины.

Среди толпы, суеты, крика и неразберихи мы почувствовали себя в безопасности. Я бдительно огляделась по сторонам: дракона нигде не было видно.

Уф. Кажется, отстал. Зато братец прицепился как банный лист с вопросом:

— И чего зря разбазариваешь деньги? — фыркнул он на мою расточительность.

— Чтоб ты знал, «порядочность» — мое второе имя, — произнесла я светским тоном.

— Угу, как и у всей нашей семьи. А первое, кстати, «не», — ехидно заметил мелкий и умыкнул с прилавка яблоко, так сочно им захрупав, что мне тоже захотелось есть.

Хотя это и немудрено: меня так мутило на магостате во время перелета, что от одной мысли о еде становилось дурно.

И это все пять дней подряд!

— Если бы ты не выдал себя на пристани, когда полез в чужой карман, то нам не пришлось бы удирать, — напомнила я. — И вообще, дай укусить, — попросила я младшенького, нацелившись на яблоко.

— Вот так всегда! Во всем я виноват, а как кормить семью — так сразу: Нар, дай.

— Кормить? Да я у тебя яблоко попросила. Половинку, — напомнила я. — Хотя она уже больше на огрызок похожа.

— Угу.