Единственная для Темного капитана

Я не спала и не замечала, меняется ли за окном день на ночь. Едва только у меня появлялось несколько секунд на передышку, как в голову начинали лезть странные мысли. Мне становилось тревожно и неуютно, я вспоминала о чем-то очень важном, и тут же забывала, стоило открыться входной двери.

Да, мои пациенты ни на минуту не оставляли меня с моими мыслями. И я была счастлива. Я, наконец- то занималась тем, чем всегда хотела. Я была на своем месте.

Частенько ко мне в гости забегали смешливая Марика со своей мамой Леей и младшим братиком.

Лея всегда приносила мне что-нибудь вкусненькое, как знала, что плюшки в сахаре – моя слабость. Я начинала привыкать к этому городу, знала в лицо и по имени всех его немногочисленных жителей.

Однажды Грета позвала меня с собой и подвела к восхитительному, как с картинки из детской книжки, домику. Деревянный, выкрашенный белой краской, с голубыми резными наличниками и красно-коричневой черепицей.

Я ахнула от восторга, когда Грета сказала, что этот домик теперь мой.

Горячо поблагодарив ее, я тут же побежала осматривать свое новое жилище. Это была жизнь мечты, и мне хотелось, чтобы так было всегда.

Но стоило мне остаться одной, как вся радость померкла. Сердце мое словно горело и плавилось, причиняя невыносимую боль. Что-то тут не так. Почему это происходит, только когда рядом со мной никого нет? Застонав, я прижала руку в пылающей груди.

- Ювина, - дверь распахнулась и в домик вбежала веселая Марика. Ее голубые глазки светились доброжелательностью, но мне все вокруг теперь стало казаться слишком…зловещим.

Ненастоящим.

- Нет! – закричала я, стараясь не обращать внимания на то, что боль в груди резко прекратилась, а мои мысли пытались принять обратно благостное настроение, - уйди, Марика. Выйди из моего дома!

Девочка непонимающе посмотрела на меня, и на глазах ее выступили слезы обиды.

- Нет, - шептала я, зажмурившись, - я не дам тебе себя одурачить!

- Милая, я принесла тебе свежей выпечки, - раздался голос Леи, а моего носа коснулся соблазнительный запах сдобы.

Но я упорно продолжала стоять, не отвечая и стараясь сосредоточиться на своих ощущениях.

- Ювина! – раздался истошный мужской крик, - моя жена рожает. Пожалуйста, помоги ей, что-то не так с ребенком.

Сердце мое сжалось, и я чуть было не плюнула на все и не побежала спасать роженицу. Но вовремя одумалась и, зажав уши ладонями, изо всех сил закричала:

- Вон! Все вон из моего дома! Вы все ненастоящие.