Единственная для Темного капитана

- Ни за что, - я вцепилась в его подрагивающие плечи, - я никогда тебя не оставлю, - глядя в синие глаза, медленно и раздельно произнесла я, чтобы точно услышал и понял.

Он взял мою руку и положил себе на грудь, крепко прижав.

В этот момент между нашими ладонями появилось приятное тепло. Которое с каждой секундой становилось все жарче, а вспыхнувший свет все ярче.

- Что…, - начала было герцогиня.

Но Гард уже поднялся, увлекая меня за собой. Наши тела словно налились невиданной силой, а магия усилилась стократ.

И герцогиня это поняла.

С дикин криком она подряд метала в нас черные сгустки, но Гард словно играючи отбивал их один за другим.

Вновь спрятав меня у себя за спиной, он стал наступать на герцогиню. Когда она допустила секундное промедление, он пустил в нее поток тьмы, который впился в ее тело. Тьма заползала в ее глаза, ноздри, уши. И вытекала обратно, забирая ее собственную тьму до капли.

Я же, с трудом оторвав взгляд от разыгравшейся передо мной сцены, с ужасом поняла, что почти не чувствую Гарда.

Гарда под моими ладонями, которыми я крепко держалась за его спину, затрясло и через мгновение он повалился на землю.

Герцогиня черной кучей того, что от нее осталось, лежала недалеко от нас.

С трудом перевернув Гарда на спину, я с тревогой вгляделась в его лицо. Из него стремительно уходили все краски, а черты заострялись.

Я в ужасе прижала руку к его груди, но не смогла почувствовать ни сердцебиения, ни дыхания.

Я закричала и стала вливать в него все силы, что у меня были.

Не знаю, сколько времени это продолжалось, но ничего не помогло.

Гард был мертв.

Глава 48

Вокруг ничего не изменилось. Совсем.

Черная сухая земля под нами не разверзлась, и небеса не рухнули. А я с недоумением смотрела и не понимала, почему? Почему все так, как-будто ничего не произошло?

Словно моя душа сейчас не раскололась надвое и теперь медленно умирает, разорванная своими же осколками.

Я уже не плакала, не кричала. Я была опустошена, выпотрошена, иссушена.

Сидела рядом с телом Гарда и просто гладила его волосы, лицо, руки. Наверное, я прощалась. Или еще на что-то надеялась.

Не знаю, мне теперь было все равно. Боги не услышали мои молитвы. Мои безграничные силы оказались совершенно бесполезны. Все теперь было бесполезно.

Я не знаю, как выбраться отсюда. И откуда вообще? Где мы?

Не важно. Теперь все не важно.