Хозяйка ворон и железный доктор

– Тьен, вы не поможете?

Рейн не сразу сообразил, что обращаются к нему.

Поднимать омнибусы ему еще не доводилось. Протезы Гарт берёг и старался эксперименты на них не ставить. Во-первых, делались они на заказ и стоили как его полугодовая зарплата. Во-вторых, где он замену в этой глуши отыщет? В Ансельме вряд ли получится найти хорошего мастера, готового быстро и недорого разобраться с поломкой, а потом вживить протез в тело. Но не оставлять же омнибус как есть?..

Тварь завыла ближе, и Рейн кивнул рыжему.

– Давай.

– Тогда мы с Лезаром с этой стороны, а вы с той.

– А толку? – возразил его приятель. – Не хочу марать руки. Всё равно обод погнут.

– Да вроде нет…

Обод выпрямился волшебным образом. Кайла всё так же стояла рядом с омнибусом, растерянно оглядываясь по сторонам и щурясь на солнце. Руки прятала за спиной, как нашкодивший ребенок, но Рейн уловил отголосок магии. Ребенок, как же! Не каждому столичному магу удалось бы с такой легкостью поработать с металлом. Интересно, где она училась? И что, обладая подобной силой, забыла в этой глуши?

– Отличная работа, тьен.

Поднажмем? – кивнул Коллинс, решив, что обод выровнял Рейн. Тут же закатал рукава и первым навалился на омнибус.

Доктор нехотя последовал его примеру. Машина поддавалась с трудом. Со скрипом, как заметил бы Рейн, у которого протезы чуть ли не искрили. Но из ямы они ее все-таки вытолкали.

Остаток дороги прошел без приключений – и слава богу, и так хватило. Он добирался из столицы несколько суток и до чертиков устал.

Всё, чего хотелось – поскорее оказаться в номере.

Кажется, в итоге на молодых стражей большее впечатление произвел протез на его руке, а не подслеповатая попутчица, раз они к ней так и не подошли. Зато на Рейна посматривали со смесью страха и уважения, и как бы не надумали знакомиться с ним!

Омнибус остановился за каменными воротами. Доктор подхватил оба саквояжа – свой и Кайлы, и по длинной лестнице неспешным шагом направился к отелю.

Подъем беседе не способствовал. Стражи обогнали их еще внизу лестницы, а во дворе свернули к одноэтажной пристройке: охрана отдыхала там. Рейн невольно позавидовал их молодости и здоровью – у него-то ноги ныли, даром что железные.

Двери отеля были открыты, а просторный холл, скромную обстановку которого разбавляли полосатые диванчики, пустовал, если не считать скучающего портье у стойки и горничной в нелепом чепце, несущей куда-то вазу с цветами.