Влюблённый домовой

Будет ли это самое «хорошо»? Получится ли восстановить связь или тот, кто всё это делает, добьётся своего? Да и стоит ли что-то говорить, если она всё равно не услышит?

— Я только сейчас поняла... — Лина замолкает, прикрывая рот ладонью, и в свете мигающих огоньков капельки влаги в уголках её глаз вспыхивают разными цветами.

— Всё будет хорошо, — всё-таки шепчет Павел и, обняв Лину со спины, прижимает к себе. — Я буду рядом.

— Паш... — дрогнувшим голосом шепчет Лина и ладонь её ложиться поверх его переплетённых рук.

Будто она чувствует... — Паш, это действительно ты?..

«Чувствует» — понимает Павел, когда пальцы Лины сжимаются на замке его рук и сердце заходится в груди от недоверчивой радости.

— Я, это я. Я рядом, — шепчет Павел на ухо, прижимая Лину к груди теснее и не боясь той пресловутой жадности, что вновь вспыхивает в нём.

— Паш, кажется... Я тебя слышу. И чувствую...

Лина разворачивается в его руках, обнимая за шею и упираясь макушкой под подбородок. И оставаясь в его объятиях.

— Только не вижу, — ворчит она, продолжая обнимать.

— Но я закрою глаза.

— Всё будет хорошо, — повторяет он уже уверенней, ведь их связь начинает восстанавливаться.

Сейчас ему плевать, что они просто хозяин и домовой. Об этом он подумает потом.

* * *

Павел снова спит с Линой в форме кота, прижимается пушистым боком к её животу и слушает тихое, уютное сопение, а наутро дёргается от телефонного звонка.

Серая хмарь заглядывает в окно, будто удивляясь, и чего это люди проснулись, однако мелодия звонка так и не затихает.

Лина тянется к мобильнику, отвечая не глядя, и тут же садится, распахивая глаза.

— Привет, Лев.

Павел, решивший в этот момент потянуться, замирает в неудобной позе, прежде чем сесть и прислушаться, только вот собеседника расслышать не удаётся, как он не старается. По ту сторону линии слышится лишь белый шум, будто и нет там никого кроме сплошных шипящих помех.

— Нет, я сегодня тоже...

Лина замолкает и появившаяся меж бровей хмурая морщинка исчезает.

Всё её лицо как-то внезапно разглаживается, приобретая пустое выражение. Павел подступает ближе, осторожно трогая лапой локоть, но Лина на это никак не реагирует. Так и продолжает с отсутствующим взглядом слушать собеседника и только обвивающий запястье нитяной браслет пульсирует, вновь набираясь цвета.

— Хорошо, — отмирая, соглашается Лина и на губах её внезапно появляется едва заметная улыбка. — Встретимся сегодня, посидим. Ладно, я там буду. Увидимся.

«Что?..