Варвара не-краса без длинной косы

Так и ткнулась она ему носом в грудь. Ощутимо так. Ну, это потому, что сама навстречу двигалась резво. Но прошло удара ощущение быстро. Только запах внутри носа травяной да тёплый такой, живой — остался. Руки сами у Варвары кверху потянулись. Чтоб за шею Тихона обнять. А тот и не удивился будто. А — хвать, ловкий такой — вокруг талии! Да и крутанул так, чтоб уже не Тихонов дом Варя видать могла, а свой. Ежели у Тихона из-за плеча выглянуть. Засмеялась Варя тихонько. А у самой всё сердце от счастья непривычного обмерло.

Не лопнуть бы от такого. Так что потянулась Варвара в сторону. Тихона за рукава хватая. Чтоб тоже тянулся.

Не ночь сейчас, конечно. А всё одно — чего бы к лесу не сходить? На ту поляну самую, где они недавно на звёзды смотрели? Может, и выспросит Варвара, чего там Тихон тогда в ожидании сидел.

Не солнечным сегодня день будет — вон, серостью дождевой небо поволакивает. Да и хорошо, пуская дождь землю-матушку напитает. Не попасть бы под него только... А, ладно! Не сахарные!

Ромашек, оказывается, на той поляне — видимо-невидимо.

Глазками своими большими во все стороны поглядывают. Будто совы мудрые. Не моргают только. Потому, наверное, Варя их и рвёт — моргали бы, не рвала б. Не просто так, конечно рвёт — на венок.

Переплетает Варя хитро хвостики зелёные, чтоб не трепались да не царапались. Пальцы ловкие сами собой стебельки заматывают. Аж у Тихона перед глазами от жёлтого да белого зарябило. Никогда ему такие девичьи забавы не нравились — всегда смешно было с них. А теперь интересно даже, как такое делается.

Варя же специально помедленнее плести начинает — будто учит Тихона. Нравится ей, как у того дыхание тише становится.

А повнимательнее поглядела Варвара — Тихон и не на венок уже глядит. И глаза такие хитрючие, тёмные. Аж волосы на затылке шевелиться у неё начинают. Так что Варя, наскоро концы веночные переплетя, на голову Тихону его и нахлобучила. Маловат, правда, получился. Цыплёнком-переростком на макушке рыжей сидит венок. К уху сползти норовит. Всё равно на это Тихону.

Всё ближе он к Варваре наклоняется.

Варя тогда — как в омут с головой. К шее Тихоновой потянулась. Приятно это очень — Тихона обнимать. Замирает будто внутри что-то да кружится. Того и гляди унесёт обоих.

Волны какие-то от груди к животу пошли. Как ежели окиян волноваться начинает. Только окиян опасно волнуется, разрушить чего может. А внутри у Вари приятно всё поднимается. Воздух сладким становится, сам через нос будто просачивается. А губы у Тихона — ещё слаще.