Душа демона. Искупление

На самом деле, мое согласие остаться в Комитете было продиктовано лишь эгоистичным чувством самосохранения. Нам с Кьярой было выгодно находиться здесь. Пока. Ангеры не посмеют из-за нас вступить в открытый конфликт с людьми.

Однако бесконечно сидеть взаперти я тоже был не намерен. Поэтому на данный момент решил взять тайм-аут. Мне надо было обдумать ситуацию. А она, к сожалению, складывалась совсем не в нашу пользу.

39. Владыка Демониума. Кто ты?

Владыка Демониума

Демон истекал кровью. Она была повсюду.

Бурыми лужами растекалась по красивому мозаичному полу дворца, пачкала дорогую мебель хаотичными алыми брызгами. Приближалась смерть. Он это чувствовал. Однако на его лице не было смирения или страха. Он презрительно смотрел на убийцу, будто проклиная.

– Как тебе удалось? – Прохрипел высший.

Он не был удивлен, что на его жизнь посягнула та, которую он приблизил и облачил властью. Та, что, казалось, была верна и преданна. Это всего лишь четкий расчет. Вчера у них были схожие цели и приоритеты.

А сегодня ситуация поменялась, и ей стала выгодна его смерть. Нет смысла ненавидеть ее за совершенное. Это почти обыденность. Сам виноват в том, что не уследил.

Но как ей удалось к нему подобраться? Почему он не смог ей противостоять? Ведь он сильнее любого доминанта на Демониуме.

Эти вопросы оставались без ответа.

– Леонтайн... – Высший попытался приподняться, оставляя глубокие щербины в полу от давления острых когтей.

Миниатюрная демоница протяжно посмотрела на поверженного мужчину.

Ее взгляд был серьезным. Она понимала, что у произошедшего сейчас будут серьезные последствия в будущем.

– Забавно. Ты на грани смерти, а тебя волнует лишь собственный провал в схватке со мной. Теперь понятно, в кого твой сын такой же самолюбивый упрямец, захлебывающийся гордыней. Вы так похожи. Но хочу тебя расстроить. Он умнее и изворотливее тебя. И пока еще не попался. Хотя это лишь вопрос времени. – Леонтайн пренебрежительно повернулась к доминанту спиной.

– Не смей так делать! – Яростный хрип демона перешел в кашель, и горлом у него пошла кровь.

– Ааа... ты требуешь от меня уважения на смертном одре? – Женщина обернулась. – Не привык видеть неповиновение? Но могу тебя лишь расстроить. Я всегда презирала таких, как ты. Вас надо давить, как зловредных насекомых. Ваша тьма отравляет свет, и из-за вас наш мир на гране гибели. – Ее голос был необычайно монотонным. Но взгляд сочился ядовитой ненавистью.