Династический брак

Ну вот, участи быть растерзанной медведем она избежала, зато сгинет в безвестности в сугробе или, если повезет, наткнется на еще одну голодную животину – та, во всяком случае, справится быстрее.

Тома решила вскарабкаться на ближайший пригорок. Надежда разглядеть нужное направление умерла еще на полпути – что увидишь в таком снегопаде ночью? А с вершины ее взору открылось еще больше леса. Вдруг на нее накатил необычный прилив сил, и девушка во все горло запела:

– Лес да лес кругом, путь далек лежит. В том лесу глухом замерзал…ла я…

«Это первая стадия отчаянья, – решила Тома, – когда мыслишь чересчур позитивно, пока не пришло осознание того, что наступала полная амба…».

Вдруг она оступилась и покатилась к подножию пригорка, прямо в колючий кустарник. Лапы терновника настолько сильно вцепились в Томину одежду, что любая попытка высвободиться из их объятий приводила к тому, что девушка увязала еще крепче. Она ощутила себя мухой в ловушке паука.

Томе не осталось ничего другого, как проклинать злосчастную судьбу и молиться всем богам, чтобы не замерзнуть насмерть.

– Баюнова, ты что, совсем нюх потеряла? – раздраженно крикнул Осьмак. – Пильняцк в противоположной стороне.

На мгновение Томе показалось, что глаза тренера светятся в темноте, но он моргнул, и видение исчезло.

– Великий Лютый, какого черта ты вообще откликнулась? Забыла что ли, чему в детстве учат? Он сам сделал свой выбор, хоть и будет ныть до конца дней своих.

У Томы и без того коротило мозг, а эти слова сожгли последний предохранитель, и она расхохоталась, как безумная.

– О да, дико смешно!

Осьмак фыркнул и сел прямо в сугроб. 

– Хотя апотропей у него еще действующий… – задумчиво произнес он. – Так, чего разлеглась?

Тома никак не могла остановиться, поэтому только развела руками в ответ. Тренер закатил глаза к небу и сильно дернул ее за шиворот. Послышался треск ткани, и на ветках осталось несколько клочьев любимой куртки.

Только теперь девушка заметила, что волосы у Романа всклокочены, на щеке несколько кровоподтеков и местами разодрана куртка, но в целом тренер выглядел, как после дворовой драки, а не схватки с разъяренным медведем.

– Спасибо, – прошептала Тома и шмыгнула носом.

– О, да ты, кошатина, продрогла.

Роман разжал кулак, и Тома мягко приземлилась в снег. Он снял с себя порванную куртку и накрыл ей девушку, как шатром, а сам остался в одной футболке. 

– Ладно, до утра перекантуемся здесь.