Сердце истинного вампира

Пока она лежала рядом, слушая, как ее дыхание замедляется, а сердечко колотится все тише, и ощущая идущий от нее запах молока и детского мыла, она почему-то вспомнила мать, и как та лежала точно так же рядом с ней, дожидаясь пока маленькая Катаржина уснет. У нее тогда была при себе любимая игрушка – кукла с медвежьими ушками. Куда она потом делась? Точно, она же сама оставила ее в склепе, где навечно упокоилась мать.

Когда Милана задремала, Катаржина проверила, что остальные дети тоже спят, и вышла из комнаты, чтобы не мешать им и самой немного отдохнуть.

Идти особо было неуда. В небольшом здании кроме комнаты, занятой детским садом, учебного класса, кухни и уборных больше ничего не было. Улица была затянута серым сумраком. Снова валил снег. Не было никакого желания мерзнуть.

От нечего делать, Катаржина решила полить цветы. Фиалки, расставленные в горшках по всем подоконникам, цвели не смотря на холод и мрак. Она подозревала, что без колдовства Тамары здесь не обошлось.

Она зашла в классную комнату, неся в руках наполненную водой лейку.

Дети с любопытством глазели на нее, пока она ходила вдоль окон, поливая цветы, а Тамара раздраженно и чуть устало косилась на нее. Ей явно не нравилось, что Катаржина отвлекает ее учеников во время урока, но той было все равно.

Любовь к цветам проснулась в ней также неожиданно, как и любовь к детям. Неужели возраст так рано дал о себе знать?

– Не отвлекайтесь! – Тамара постучала указкой по доске, исписанной датами.

Похоже, что вовсю шел урок истории.

Тамара была единственной учительницей на полтора десятка разновозрастных учеников. Ей приходилось строить занятия так, чтобы и самым маленьким было понятно и самым большим интересно.

– До мятежа оборотни населяли леса на востоке и севере Империи Пандер. Кто скажет, сколько всего существовало великих кланов оборотней? Лора?

Девочка лет девяти усиленно тянула руку, и заулыбалась, когда ее спросили. С важным видом она ответила:

– Семь: волки, медведи, рыси, тигры, тюлени, лисы, и олени.

– Верно, – Тамара, удовлетворенно кивнула.

Катаржина ощутила привычную гордость, которая всегда возникала, когда говорили об ее собратьях. Закончив с цветами, и подумав, что стоявшее в дальнем углу алое давно пора пересадить, она решила задержаться и пока ее подопечные все равно спят, послушать урок вместе с детьми. Поставив лейку на подоконник, она села за последнюю парту.

Сидевший впереди Томаш, обернулся на нее, и широко улыбнулся.