Слёзы сердца

Говорили три старшие ученицы, искренне улыбаясь прибывшей подруге. Младшие же постеснялись, да и не были ещё лично знакомы с девушкой.

— Лёгкой смерти, – улыбнулась красная шапочка, провожая задумчивым взглядом убегающих девочек.

Шелест травы под босыми ногами заставил Элис отвлечься от созерцания уже пустой тропинки. Иней гэр Рейтэрбо уже подошла к своей бывшей ученице.

— Быстро ты, – женщина крайне редко соблюдала церемониал приветствия.

— Лёгкой смерти, учитель, – гэр Вайнер поднялась на встречу подошедшей и склонилась в лёгком поклоне.

Но маски бесстрастия слетели с красных шапочек тут же. Быстрый шаг с каждой стороны и объятия. Крепкие, но недолгие. Мгновение трепета встречи после долгой разлуки прошло. Они отстранились друг от друга.

— Что стряслось, Иней?

— Твари объявились в округе, хитрые. Нужно чтобы ты их выследила.

— А…

— Детали позже. Джарет уже развел камин. Пойдём в дом.

Запах дыма подтверждал слова наставницы. Ученицы также уже закончили занятия и ушли в дом. Гэр Рейтэрбо отправилась туда же.

Элис ничего не оставалось делать, как направиться за ней. Девушка подхватила седельные сумки, к которым была приторочена лютня в кожаном чехле, и скрылась в доме.

Дом встретил Элис большим общим залом со скромной лестницей, ведущей наверх, и несколькими дверьми в помещения первого этажа. Напротив входной двери был камин с уходящим вверх дымоходом, дрова в нём весело потрескивали, а на подвесе над огнём уже грелся чайник. В центре зала стоял прямоугольный стол, его столешница была из толстых дубовых досок, а подстолье имело вид столь же массивный, несмотря на резные узоры на ножках и царгах.

По обеим его длинным сторонам были лавки, такие же массивные, а на торцах по одному стулу.

Этим убранство зала не заканчивалось. Несколько стеллажей с книгами и свитками рассредоточились по углам помещения. Четыре деревянных кресла, обложенных шкурами, расположились вблизи камина. Подле них был невысокий и небольших размеров столик, также украшенный резьбой.

А у одного из трех окон был рабочий стол с аккуратно сложенными на нём несколькими книгами, десятком свитков, чернильницей и парой перьев подле неё и внушительной стопкой чистой бумаги.

Десяток свечей в подсвечниках был зажжён и расставлен равномерно по залу.

Стол был уже накрыт для вечерней трапезы: холодное мясо, порезанное на небольшие куски, разложено в двух общих тарелках, варёные яйца по одному для каждого уже в личных тарелках, свежая зелень и хлеб.