Пропавшая невеста. Том 2

Это действительно уже не имеет никакого смысла.

— Мне надо отлучиться на пару дней, и я не хочу думать о том, что опять ты утаила.

— Кажется, тебе теперь есть о ком думать и без меня? — не удержалась от горького сарказма.

Но Брейр словно и не заметил его, пропустил мимо ушей.

— Так что случилось?

Не отцепится ведь! Так и будет пытать вопросами, не понимая, как сильно мучит ее.

— Я просто хотела сказать, что рада твоему возвращению.

Кхассер нахмурился еще сильнее:

— Так сказала бы.

— Ты занят был. Я не хотела отвлекать.

— Вернула ему его же слова. Ложь по кругу. Невыносимо. — Мне кажется, тебе пора. Наверняка и сегодня есть много дел, нуждающихся в твоем участии, так что не трать на меня свое драгоценное время.

— Как знаешь, — кхассер пожал плечами, будто ему было плевать, и ушел, так больше на нее и не взглянув.

А Ника осталась посреди комнаты, сжимая побелевшими пальцами влажное полотенце и пытаясь понять, как так вышло, что вместо разговора она сама выгнала его из своей комнаты.

Все правильно.

У него теперь есть Тиана, вот она пускай и признается ему в чувствах. А свои Доминика оставит себе. Пусть больно и хочется кричать раненой птицей, но ходить за ним не станет, и о чем-то умолять тоже. Она ведь тоже не девочка из деревни. Ее род богат и уважаем во всей Шатарии, сама она — Высшая, способная на многое. Ей и так досталось с тех пор, как оказалась в Андракисе. Унижаться еще больше? Пожалуй, нет. Осталось только придумать, как дальше жить в Вейсморе, который уже считала своим домом, и не умирать каждый раз при виде Брейра и его невесты.

Доминика забралась под одеяло, обхватила колени, притягивая их к животу, и закрыла глаза.

Так холодно. И некому согреть.

***

Кхассер покинул замок сразу после обеда. Оседлал вирту и на полном скаку вылетел за ворота, даже не подозревая, что его провожал грустный взгляд лаами. Она смотрела в окно, чувствуя, как душа снова начинает болеть от одной только мысли, что не увидит его. Не говорить о чувствах можно, но как спрятать их от самой себя, чтобы не цеплялись когтями и не мучили?

Сидеть у себя было невыносимо.

Просторная комната внезапно показалась тюрьмой, каменным мешком, в котором нет воздуха. Поэтому Доминика собралась и отправилась в лес, но не к Нарве — даже старую травницу не хотелось видеть, — а в другую сторону.

Она долго шла по берегу реки, не замечая, что тропа давно закончилась. Обходила тихие заводи, перебиралась по поваленным деревьям через ручьи, прыгала по камням через притоки.