Ведьма демону не рада

— И вам даже из чувства противоречия, столь свойственного юным особам, не захотелось посрамить наставников?

Я подавилась воздухом. Господин Эльтран, как бы ни было обидно мне это осознавать, был прав. Я ведь и сама могла что-нибудь выучить, библиотеку от меня никто не прятал, на замок — по крайней мере в границах города — не запирал, ходить на факультативы не запрещал. Разве что я сама старалась проводить с коренными жителями города темных ведьм времени поменьше. Для местных детей я была чужой, а потому — первым дегустатором любого освоенного зелья или изученного колдовства.

И даже резкие скачки дара, который начал уберегать меня от отравления — я не брала в руки даже чашку с отравленным чаем, не могли спасти от обычной детской жестокости. Не получив желаемое, местные злились, трепали меня за волосы, запирали, обещая натравить ручных тварей, одолженных у старших братьев или сестер…

Я поморщилась от нахлынувших воспоминаний. Болото с пиявками, комарами и старой-старой змеей было для меня местом куда более приятным, чем гостиная семейства Астельгейт, а потому именно там я проводила свободное время, считая дни до окончания «обучения» и варя простенькие отвары, ингредиенты для которых можно было найти там же.

— Это может стать проблемой, — протянул господин Эльтран, задумчиво глядя на меня.

— Что может стать проблемой? — не поняла я.

— Ваша нелюбовь к семейству Астельгейт.

— Почему? Даже если вы им покровительствуете…

— Не я, — жестом остановил меня демон.

Я хмыкнула, но промолчала. Не верила я, наивная, что у господина Эльтрана могут оказаться такие связи, но говорили древние и дожившие до естественной смерти ведьмы: никогда не недооценивай демона, а я, глупая, не поверила. А потому, спустя четыре часа, буравила взглядом не самую желанную гостью.

Увы, от одного лишь взгляда Малиара Астельгейт не собиралась исчезать из моей гостиной, как и ее светловолосый спутник. Последний с подчеркнутым интересом разглядывал выставленные позади прилавка, за стеклом, бутыльки. Что его там так заинтересовало — я не понимала. Ничего запрещенного или редкого в моей лавке не было. Только условно криминальное — что без рецепта от целителя продавать было нельзя и применять не по назначению.