Ведьма демону не рада

Эти двое, — в голосе демона появилось презрение, — разбудили вас раньше, чем следовало. Раны еще не закрылись, ваша аура уязвима. И это не может не сказываться на теле.

— Раны? — Я не помнила, когда бы успела пострадать.

— Хозяин избавил вас от проклятия. Но этот путь избавления от чар, пустивших корни в ауре, болезнен и небезопасен. Впрочем, теперь вашей жизни больше ничто не угрожает, кроме собственной глупости. И за дар можете не беспокоиться.

— Я была бы рада от него избавиться.

Демон рассмеялся. Холодные пальцы легли мне на лоб.

— Пока он нужен хозяину, вы не вправе так говорить.

— Он мой, а не твоего хозяина!

Демон промолчал, но я как наяву видела его усмешку. И это злило.

— Дар восстанавливается, — удовлетворенно отметил мой собеседник, отводя ладонь от моего лица. — Отдыхайте, наша милая гостья. Хозяин скоро вернется за вами.

— Сколько? — выдохнула я, поняв, что демон уходит.

— Сколько? — переспросил он.

— Сколько дней прошло?

— Часов, — поправил меня демон и добавил, будто я сама не могла догадаться: — Сила нашего хозяина невероятна.

— Настолько, что даже Демон Кровавой Зари ему служит? — сорвалось с губ прежде, чем я прикусила язык.

— И считает это честью, — ответил господин Вертен. И вновь стало тихо. Так тихо, что впору было кричать, чтобы не сойти с ума.

Впрочем, очень быстро ко мне вернулись служанки. Другие, судя по голосам. Одна предложила мне завтрак, другая — расчесать волосы. И если первой я согласно кивнула, то от второго предложения отказалась, яростно мотнув головой.

Кажется, девушка обиделась. Я услышала ее недовольный, шумный выдох, а после резкое закрытие двери.

— Не сердитесь на Вильену, — тихо попросила меня вторая, та, что предлагала еду. — Она не ожидала, что вы откажете ей. Скорее мне.

К моим губам поднесли кубок. И я почти открыла рот, чтобы отпить… Зубы клацнули по металлическому ободку, и я закашлялась.

Демоны! Я почти забыла!.. И если бы не сама демоница, так бы и не вспомнила, что, приняв еду в Арантее, сделала бы первую привязку к этому миру. Нельзя было ни есть здесь, ни принимать подарки. Еще лучше было — и вовсе не иметь никаких привязанностей в этом мире. Ни друзей, ни врагов.

— Мне казалось, вы согласились… — разочаровано протянула служанка, отводя кубок от моего лица.