Ведьма демону не рада

Больше у тебя нет причин…

— Эрли, — в голосе Даргена послышалось сочувствие, но я не обольщалась: оно было таким же притворным, как и его забота, подкупившая меня при первом знакомстве и стоившая мне года жизни. — Разве я когда-то говорил, что перестал в тебе нуждаться?

Он обошел свой стол и медленно, будто чего-то опасался, приблизился ко мне. Мои пальцы нащупали дверную ручку, надавили, но — дверь не поддалась. Пульс забился в ушах, я отступила на шаг и спиной уперлась в дверь.

— Уходить следовало тогда, когда я отпускал, — растягивая гласные, очень медленно проговорил Дарген, нежно касаясь кончиками пальцев моего лица.

— Эрли, мой подарок судьбы, разве я плохо с тобой обращаюсь?

Его тихий, вкрадчивый голос завораживал. Целитель и менталист. Тот, кого следовало держать взаперти и подальше от людей, но он ходил на свободе, ничуть не гнушаясь применять свой дар не для помощи людям, а вот так, заставляя проникаться к нему доверием, благодарностью, симпатией, теряя волю и подчиняясь его голосу.

— Нет. — Мой голос был едва слышен, но это все, что я сумела ему противопоставить. Я хотела кричать «да», хотела плюнуть ему в лицо, но все, что смогла, это избавиться от радостного возгласа, что так и рвался наружу под действием очарования Клифа.

— Умница. — Губы Даргена коснулись моего лба. Теплые, сухие. Его руки сжали мои предплечья, давая прочувствовать его силу. Нет, он не делал больно, но давал четко понять: я в его власти. И все то, что казалось мне личной заслугой — лишь его уступка.

— Ты моя, Эрли. Была и будешь. Прими это, малыш, и все изменится.

Его губы коснулись уголка моего рта.

— Иди, у меня еще много работы.

Очарование схлынуло, возвращая мне контроль над телом. Я отпрянула и больно ударилась затылком о дверь.

— Несчастье мое, — протянул Дарген, так и не отступивший от меня, и его пальцы коснулись моих волос. Волна силы прокатилась по телу, сконцентрировалась на пострадавшем затылке, и… принесла облегчение.

Мужчина с сожалением отстранился.

Подчиняясь его воле, щелкнула дверь, открываясь, и я тотчас выскочила из кабинета. Пробежала два лестничных пролета и, хлопнув дверью, скрылась в своей, если это можно было так назвать, комнате. Не чердак, но верхний этаж. Отсюда без метлы путь лишь один — к целителю. Слишком высоко для удачного побега, слишком низко, чтобы разбиться.

— Госпожа? — в дверь осторожно постучали.

— Да, Шарли, — отозвалась я, падая на кровать.