Золотое солнце, серебряная луна и ночной мрак

Нам обоим так безопаснее. Но когда-нибудь я станцую для тебя на водной глади. Уверена, ты будешь в восторге.

— Я не сомневаюсь. — ответил Сола.

Муна беззаботно уложилась на немного мокрую траву и принялась любоваться ночным небом.

Сола хотел было присоединиться к ней и лечь рядом, но неожиданно его внимание привлёк необычный шелест листьев.

Юноша напрягся. Он обернулся назад, но никого там не увидел, тогда он стал всматриваться в лес и прислушиваться к окружающему его шуму.

— Сола, что-то случилось?

Парень молчал минуту-две, а затем, ничего не обнаружив, расслабился и отвернулся от леса.

— Нет, показалось. Всё в порядке. — ответил юноша и прилёг рядом с девочкой, раскинув руки и ноги звёздочкой по траве.

Сола, закрыв глаза рукой, лежал на своей кровати и тяжело дышал. Его сердце сильно колотилось внутри и это доставляло ему боль. Воспоминания о сне всё ещё были свежи. Да и какой это сон, в котором снилось воспоминание. В последнее время это стало происходить всё чаще и чаще. В последний раз Соле было так плохо, когда Муна решила отказаться от дружбы с ним.

Решила отказаться от него.

Взяв все свои силы в кулак, Сола сел и оглянулся. Он по-прежнему был в своей красной-бежевой комнате, в которой было много тяжёлых штор, цвета свежепролитой крови, и легчайших жёлто-бежевых занавесок, подвешенных к потолку по всей комнате.

Встав с кровати, Сола поднял с пола свой атласный красный халат, на котором были вышиты золотой нитью маленькие кружочки, от которых исходили лучи – маленькие солнца.

Лениво накинув халат и даже не завязав его, юноша покинул свою комнату.

— Надеюсь, уже вернулся, — пробубнил себе под нос заспанный золотой дракон.

В считанные мгновения добравшись до совершенно другого конца коридора, он принялся долбить кулаком в деревянную дверь, на которой были вырезаны лозы винограда.

Буквально через несколько секунд дверь отворилась и на пороге комнаты стоял мужчина. Он был похож на Солу: почти таким же ростом, рыжими, но короткими, волосами, смуглой кожей.

Различались лишь черты лица, которые были мягкими, и глаза – они были карими. Сола напоминал хитрого лиса, рядом с которым многие чувствовали себя в опасности, а вот находясь рядом с этим мужчиной, ощущалась безопасность, частично это было так, но прозвище его – Багряный.

— Здравствуй, сынок. — сказал мужчина, голос его был уставшим и сонным, — Смотрю, проснулся ты меньше пяти минут назад.

— Именно так, спешил тебя застать.

Мужчина улыбнулся.

— Ну заходи.