Хорошая примета

Ну приехала и приехала! Отцу он ничего не сказал, игра на носу, я заткнулась и не выпендриваюсь, что не так опять? Поддержка ж никогда не лишняя!

Я прокашлялась. Спокойно. Сейчас еще мое бешенство почует и получится у нас скандальный снежный ком. Уж стратегию я разработала, и топить его в мои планы не входило, а помощь парню не помешает. Главное, держать себя в руках, сейчас он все равно что наркоман в завязке.

— Милослава, прости.

Я склонилась к окну и уперлась лбом в холодное стекло:

— За что еще?

— Я на нервах.

Не хотел грубить. Спасибо, что приехала.

— Не за что, Тихомир. Не думай об этом.

— Есть за что.

— Ладно. Пожалуйста.

Всю ночь ворочалась, тщетно пытаясь понять, зачем мне сегодня здесь быть, а теперь впервые за долгое время ощущаю себя в своем уме. Тихомир единственный человек, перед которым мне нечего стыдиться, видимо, поэтому мне рядом с ним так спокойно. Всегда бы так!

— Прости, — опять рыкнул он. — И красивое платье.

Жар из груди скользнул к голове и растекся по лицу. Это что за побочные эффекты?

— Спасибо.

Я рада, что ты оценил, — зачем-то озвучила я мысли, которые он и без того бы прочитал.

Так-то вроде месяц прошел, и для обычной любви срок немалый, а для нашей и подавно. Я поджала губы, чтобы сдержать улыбку, но Тихомир фыркнул, и она все равно прорезалась.

— Ты его, значит, не выбросила.

Заметил таки. Я опустила взгляд на руку:

— Красивый же, — крутанула я пальцем браслет. — Спасибо за подарок.

Маленькие яхонтовые камешки съехали по тонкому серебряному жгуту.

Подвеска в виде круглого яблока с одиноким листиком сверкнула. И где нашел только. Тут даже разбей он мне сердце, рука бы не поднялась, браслет же не виноват. Да и яблоки я по-прежнему люблю, хоть и обросли они парой новых смыслов.

— Знаешь, — спокойно сказал Тихомир. — Теперь он тебе даже больше подходит. Чем тогда.

— Это почему? — говорила я, провожая взглядом однообразный белый пейзаж за окном.

— Не знаю, но мне почему-то казалось, что такой подарок для тебя слишком простой, — усмехнулся он.

— Хоть и по смыслу отлично вписывался.

Я обернулась:

— Ах вот что. Значит для той шикарной девушки он не подходил, а для этой самое то?

— Типа того.

— И что же ты тогда хотел мне подарить?

Тихомир расслабился, сложил руки на животе и вытянул ноги в проход:

— Сложный вопрос. Луну?

— Да ну нет, — мямлила я.

— Ну да, вряд ли. Слишком мелко. Себя, наверное.

— Вот как. Значит, ты у нас круче Луны будешь. Как не скромно, — оценивала я его самодовольную рожу.