Хорошая примета

Тут же его родители! Чего удивляться?! Мы и приехали сюда вместе, тоже мне, совпадение...

Илья подошел и тоже протянул руки:

— С рождеством, Илья Всемилович! — приняла я объятия, и старалась не переигрывать.

Выглядел парень, как свежий ландыш. Из-под куртки уже торчал аккуратный белый воротничок, брюки черные отглаженные. В машине запасной костюм возит что ли?

— А ты тут?.. Одна? — огляделся он.

— Нет, конечно, — указала я рукой на раскрытое окно внедорожника, где Бажен уверенно рычал, имитируя двигатель, и тискал руль, не обращая на умиляющихся нас никакого внимания.

— Ух ты! Это что за гонщик? — восторженно воскликнула Людмила.

Интересно, ее только дети и ткани в такой восторг приводят, или это ее стандартная реакция вообще на все?..

— Это Бажен, — улыбнулась я и глянула на Илью. — Бажен Олегович.

Парень опять обернулся, поправил куртку и откинул челку со лба.

— Племянник, значит, — улыбнулся он и уставился. — Ты как до дома добралась?

Я раскрыла рот и хихикнула. Что, родители не в курсе?..

— Отлично.

Вроде взрослый мальчик, а до сих пор отхватывает, хотя с его мамой даже не удивительно.

— Безобразие, — заерзала Людмила, кутаясь в платок. — Надо было плюнуть и самому везти! В Карачун одну девушку отправить, вообще стыд потерял, — ворчала она.

Начали мы этот год со вранья, но, видимо, всем оно пошло на благо, поэтому сильно я по этому поводу старалась не переживать. Потом как-нибудь отмолю. На следующее рождество, например...

— Ольга! — махнул нам Третьяк.

— С рождеством!

— Где Бажик?!

— Здесь он! — распахнула я дверь машины.

Продала я его!

Илья склонился к машине:

— Олег?..

— Нет, Третьяк. Васильевич.

Парень надулся и опять принялся поправлять свою бархатную куртку:

— У тебя их аж трое?..

— Ага. Повезло, — усмехнулась я и потянула ребенка на выход. — Бажен, пошли. Машине пора ехать.

Племянник надул губы и швырнул в меня меч.

— Не хочу!

— А мне кажется, — рычала я, стаскивая его с колен Степановича.

— Не хочу!

— Бажен, ну значит тебя сейчас увезем с собой! — подбросил его на коленях Степанович.

Ребенок задрал перепуганные глаза и насупился, но послушно дал водителю спустить себя на землю, после чего вцепился мне в ногу.

— О! Теть Веда! — заорала Ольга маме, только та появилась у дороги, и быстро засеменила навстречу радостным объятиям.

Никогда бы не подумала, что эти две у нас так полюбятся, но мама в Ольге души не чает.