Легенды Синего Яра

Ее любимый обнимает, а она непонятно о чем думает и трясется от страха. Да и от Рогдая ее поведение не укрылось: вон стоит вглядывается, принюхивается и щурит темные глаза, что все еще так зловеще отливают красным.

— Не отпустил. Я сбежал, пока все отвлеклись. Вернуться мне надо. — ответил он и снова лизнул ее губы — Идти пора, а не могу. Слишком уж ты красивая стала, Саяна. Как оторваться от тебя теперь?

Он снова прильнул к ней, зарывшись руками в волосы и принялся целовать. Так неистово, страстно и порочно, что у Саяны дыхание зашлось, и она вдруг обмякла, отдаваясь сильным рукам, властным губам и чувствуя, как тело расслабляется, наконец отмирая и позволяя Рогдаю то, что до свадьбы считалось таким позорным и неприличным.

Все-таки это он, ее Рогдай. Просто теперь он стал воином, мужчиной. Какие вздохи под луной и прогулки по лесу? Прошло то время, теперь все будет по-новому, но это не значит, что хуже.

Она тихо вскрикнула, когда жесткие губы спустились на шею, властные руки чуть запрокинули голову назад, оттянув волосы.

От этого еле слышного стона, мышцы Рогдая напряглись, и он, издав утробный рык, прильнул к нежной коже и слегка прикусил зубами.

И вдруг громко заржала за спиной Млада, и наваждение, что закружило голову и помутнило рассудок прошло. Девушка замерла, ужаснувшись. Да что же она творит? Как до свадьбы такое позволять? Сговора даже не было, а она…да что нашло на нее, о духи? Как девка падшая!

— Прекрати! — взвизгнула она, пытаясь вырваться из крепкой хватки.

На удивление Рогдай отпустил и даже отступил на шаг. Лицо его было непривычно бледным, глаза горели багрянцем, а грудь резко вздымалась, выпуская рваные выдохи.

— Будешь еще думать? Или быть сговору? — хмыкнул он, поправляя съехавший набок плащ.

— Тебя отец ждет, а меня княжна! — вместо ответа выпалила Саяна, снова пряча пылающее лицо за гривой лошади.

— Будь по твоему. — багр, продолжая ухмыляться, развернулся и направился к выходу. Беззвучно, даже не шурша соломой, что устилала конюшню поверх земли.

На пороге он обернулся и кинул на Саяну взгляд. И на дне черно-багровых омутов бился голод. Жадный, еле сдерживаемый. Девушка почувствовала как тело сводит истомой, и по спине проходит жаркая волна. Никто и никогда не смотрел на нее…так. Даже тот, прошлый Рогдай.

Когда широкая спина скрылась из виду, девушка уткнулась своей кобыле в бок и вцепилась в густую гриву пальцами. Щеки жег стыд, а губы сами собой растягивались в глупой улыбке.