Вьюрэйские холмы

Никакого чёрного ручья и каменистой местности здесь не было, если только это… не в самом городе Вьюрэй. Она в мельчайших подробностях передала свой сон матери, но та точно так же не могла предположить, что могло бы это значить.

– Возможно, ты увидела далекое будущее, – сказала Радегунда, приобняв дочь. – Вампиры с таким даром, как у тебя могут видеть на столетия вперед. Ты всё поймёшь, когда узнаешь этого человека.

– Я должна спасти его, мама. Это я точно знаю.

– Значит, ты его спасёшь. – Радегунда улыбнулась, затем присела.

После частых перемещений она теряла силы и требовался отдых. Ноги уже отказывались держать ее. Сегодня она проделала немало работы, хорошо бы подкрепиться. – У тебя есть кровь?

– Нет, но я могу отправить Излис к Морлеку.

– Не стоит беспокоить сейчас Излис, милая. Я сама отправлю свою особь. Я лишь пришла сказать, что Демоника на холме.

– Что? Как тебе удалось?

– Ты была права насчёт этой девушки. Виллоу был слаб, когда я появилась. Демоника высосала из него всю кровь, чтобы исполнить свой коварный план.

Она привела ему ту самую девушку, которой я отдала кольцо. Она хотела уничтожить ее с помощью Виллоу. – Радегунда посмотрела на пламя свечи, скупо освещающее полотно с рисунком. – Демоника опасна.

– Где она сейчас, мама?

– У Зуоры – заточена в магическую тюрьму.

Галатия не подала виду, но всё ее нутро просто кричало: «Да! Там ей и место! Демоника не создана для Виллоу». Когда мать ушла, Галатия пребывала в приподнятом настроении. Она решила прогуляться и уже почти вышла из комнаты, когда в дверях появился Астарот.

– Куда собралась?

– Развеяться! Сегодня намечается прекрасная ночь!

– О-о-о, – со смехом протянул брат, проходя в комнату. – Вижу, у моей сестренки сегодня прилив бодрости. Или есть какой-нибудь особенный повод?

– Н…нет, – ответила девушка, с замиранием сердца глядя на то, как Астарот идёт к картине. Интересно, станет ли он спрашивать, кто тот молодой юноша, что изображён на полотне? А если да, то что же ответить? Галатия не хотела, чтобы брат неправильно ее понял.

Астарот медленным шагом подбирался к мольберту, по пути прихватив свечу.

– Практиковала шираат? Могу взглянуть?

– Астарот! – Галатия сделала шаг, но было поздно. Он уже смотрел на рисунок.

Она ждала осуждения, расспросов, чего угодно, но не такой реакции. Парень изумленно вглядывался в черно-белые линии, а потом посмотрел на сестру, произнеся вопросительным тоном неизвестное ей имя: «Ранн?».

4.