Вьюрэйские холмы

Однако Мелания не торопилась отвечать ему взаимностью, несмотря на то, что он не раз признавался ей в своих чувствах, но не унывал, поскольку не из тех людей, кто бьется в истерике из-за неразделённой любви. Мелания просила время, и он шел на встречу в надежде, что рано или поздно девушка поймет свое упущение и скажет ему «да».

А пока отчаянно влюбленный Торлейк искал любой предлог, чтобы быть к ней ближе. И как раз сегодня он шел с намерением поговорить с ней об этом. Подружки мешали. В особенности Йодис. С ней он хотел встретиться меньше всего.

Девушки стояли около окна напротив аудитории. Йодис сидела на подоконнике, разглядывая скучный осенний пейзаж. Мелания и Флоранна переговаривались между собой, не сводя с подруги глаз. Никто не улыбался. У Торлейка сжалось сердце. Они будут спрашивать. Конечно, будут. И у него припасена кое-какая ложь. К счастью, скатываясь с холма, он не поцарапал лицо, только ладони, которые надежно спрятаны. Одна рука в кармане. Другой он крепко зажал лямку рюкзака.

Двигаясь по коридору, старался не смотреть в сторону девушек.

– Торлейк?

Окликнули. Он стоял к ней спиной, уже держась за дверную ручку. Черт, секунды не хватило.

– Торлейк, где Ранн? – настороженно спросила Йодис, спрыгнув с подоконника.

Он сглотнул.

«Все хорошо. У тебя получится», – мысленно настраивал себя Торлейк, пока Йодис и ее подружки шли к нему.

– Где Ранн? – повторила Йодис. От ее взгляда кровь в жилах застыла. Торлейк не мог пошевелиться.

– Он уехал, – наконец выговорил он.

– Что значит уехал?

– Вы же вчера отправились на холм, – напомнила Мелания.

– Не пришел он. Струсил. Деньги не малые, а вдруг правда. – Торлейк ядовито усмехнулся. – Сбежать в такой ответственный момент не по-мужски, правда же? – Он посмотрел на Меланию, та поёжилась.

– Не похоже на Ранна, – с подозрением сказала Флоранна.

Йодис схватила телефон и начала тыкать своими коготками красного цвета в сенсор. Но Торлейк знал, что Ранн не ответит. Мобильник скорее всего остался в рюкзаке, а самого бедняги Ранна нет в живых.

– Недоступен. Опять недоступен, – со слезами произнесла Йодис. – Он не сказал, куда поедет?

– Нет. Сказал просто, что уезжает из этого города. А если точнее, сбросил сообщение. Я не смог до него дозвониться.

– Где это сообщение? Покажи! – потребовала Йодис.

– Я его удалил, – нарочито виноватым тоном сказал Торлейк.