Отступники

Наши земли простирались за Печальным хребтом, где сейчас построен Ледяной Острог. Только мир продлился недолго. Твой отец захотел единоличной власти. Объявил себя Верховным Правителем Этериуса и предложил моему прадеду склонить голову и отказаться от магии. Зависть съедала его день ото дня все сильнее. Мне кажется, он жалел, что спрятался в бункере, а не получил дозу облучения как мы…Он хотел владеть всем и магией тоже…

– И ваш прадед отказался?– тихо спросила Мия, до того внимательно слушавшая магистра.

– Да, мой прадед взял своих людей и отправился в космос, искать себе планету, пригодную для жизни, как и Этериус. Так мы оказались здесь… Верховный Правитель объявил нас Отступниками и предателями, поклялся уничтожить. С тех пор мы находимся в состоянии вялотекущей войны с Этериусом,– закончил со вздохом магистр.

– Как же мой отец сумел…

– Технологии,– пожал плечами маг,– ему вживили титановый скелет, обновляют клетки в лаборатории…

– А зачем вы захватили меня?

– Король Элендил – лесной эльф.

– И что это за предсказание?

– Ты принесешь мир!

ГЛАВА 8

Этериус

Барон– инквизитор погладил обнаженное плечо сира Роберта. Поцеловал его в плечо и медленно поднялся с постели. Простынь, в которую он был завернут, нежно сползла по его одутловатым ногам.

Осторожно глава церкви Этериуса подошел к столику, на котором в серебряном блюде навален горстями виноград. Съел одну ягоду и налил себе в бокал немного вина. Оглянулся на своего любовника, который, разметавшись, лежал на кровати.

– За успех нашего безнадежного предприятия!– он приподнял бокал и улыбнулся. Сир Роберт потянулся и привстал на локоть, рассматривая Барона-инквизитора с легкой полуулыбкой.

– Через пару дней на Этериусе не останется ни одного штурмовика королевской гвардии, и тогда Верховный останется один…– мечтательно произнес он.

– А полиция? Ее-то никуда не деть,– обеспокоенно спросил Барон.

– Нами все продумано до мелочей. Уже вчера, дочку главы полиции командора Штрудера обвинили в ереси. Она заключена в Острог и ждет своего суда,– сир Роберт требовательно протянул руку, и барон немедленно налил для него немного сухого красного тартского вина.