Дракон под шубой

Женщина решила, что в шестнадцать дочь вполне взрослая, и, запихнув кровиночку в училище с общежитием в другом городе, почти позабыла про ее существование. Лишь раз в месяц присылала деньги и напоминала в эсэмэсках, чтобы дочь не думала возвращаться домой.

Может, и хорошо. Тамара была симпатичной худенькой зеленоглазой блондинкой с тонкими чертами лица. А ухажеры ее матери могли оказаться не слишком порядочными людьми. По крайней мере последнего хахаля Тома боялась до дрожи в коленках, когда замечала, как он на нее иногда пялится.

Герцог Аэдэлстэн так не смотрел. Когда он перестал, как надеялась Тамара, считать ее ведьмой, Чейжен глядел внимательно и изучающе, а еще пристально рассматривал Томочкину руку, так и не выпустив ее из своей ладони.

— Занятно. — Его палец прошелся по запястью девушки там, где недавно были оковы. Руны вспыхивали от прикосновения, но не целиком, а рваными кусочками. — Чем-то ты понравилась нашим хранителям. Странная защита… и словно что-то еще...

Он поднял глаза, собираясь что-то спросить, но тут случился конфуз, от которого у бедной Томы алым жаром вспыхнули щеки.

Крылатая ящерица же, решив, что это претензия в ее сторону за съеденную «шубу», тут же зарычала в ответ нечто возмущенное, почти оглушив девушку на одно ухо.

Чижиком был этот красавчик или не Чижиком, но если ему припекало, то действовал он молниеносно.

Хозяин рявкнул указания двум гладко зализанным девицам в серой униформе с фартучками и удалился. Горничные, как про себя решила Тома, засветились и словно потекли, начиная крутиться вокруг застывшей, как суслик, девушки.

Через несколько минут ее поставили перед громадным зеркалом, где отразилась чем-то напуганная хрупкая, очень красивая девушка в нежно-зеленом, пышном от талии платье, плечи которой укутывал тонкий снежно-белый меховой палантин.

А еще через миг ее уже усаживали на мягкий стул с гнутыми резными ножками перед накрытым столом. Учитывая обстановку, количество приборов у тарелки и сервировку блюд, Томочка ощутила себя как минимум в дорогущем ресторане, куда записываются за год, а как максимум — на камерном приеме по случаю юбилея очень популярной знаменитости.