Жена для двух лэрдов

Вокруг ни души, но я не могла избавиться от ощущения, что меня кто-то преследует.

И я побежала. По узкому тротуару, между многоэтажек, стараясь держаться освещенных мест. За очередным поворотом вылетела на пустырь и не удержалась на тонкой корке первого льда. Нелепо замахала руками, взвизгнула и стала падать, как в замедленной киносъемке.

Успела испугаться, что маньяк меня всё же догонит, или что я сломаю что-нибудь посерьезнее каблука. Успела при падении несколько раз развернуться, увидеть и ледяную корку на асфальте, и темное небо с какими-то нереально яркими звездами, прежде чем ударилась головой о камень.

Перед глазами вспыхнул огненный фейерверк, и свет начал медленно гаснуть. Через тёмную пелену я смутно видела силуэты деревьев, которых точно раньше не было.

Только бы не потерять сознание!

Я попыталась подняться, но сильное головокружение повалило меня с ног. Совсем близко раздался собачий лай, переходящий в захлебывающийся визг. Я увидела рядом свору гончих. Откуда в городе, пусть и на пустыре, стая породистых охотничьих собак?

Боль пронзила затылок и разлилась по телу, заставляя меня слабеть.

Собаки приближались, рычали и бросались друг на друга. Я чувствовала, что еще немного, и в меня вонзятся их острые клыки.

Вдруг сумрачный воздух прорезал громкий окрик. Застучали копыта, и я увидела всадника. Он быстро отогнал своих собак прочь и спрыгнул с лошади.

Черный плащ развевался по ветру, делая мужчину похожим на огромную птицу.

Или это он превратился в черную птицу?

Я сдалась, улыбнулась своему спасителю и закрыла глаза. Сознание уже не справлялось с галлюцинациями, поэтому можно было его отпустить.

Сильные мужские руки подхватили меня и низкий голос что-то произнес, но я не разобрала, что он сказал. Послышался шелест крыльев. Моя голова беспомощно упала на плечо спасителя, и даже страх перед зловещим крылатым незнакомцем не помог вырваться из нахлынувшего беспамятства.

***

Сначала всполохи огня я приняла за солнце.

Свет прорезал темноту, согревая и даря покой. За границей этого света стояла глубокая, непроницаемая тьма, и я терялась в ней, тянулась к солнцу, но никак не могла приблизиться.

С трудом выбравшись из липкого, тяжелого сна, я почувствовала во всем теле дикую слабость. В затылке пульсировала тупая боль, веки потяжелели, а перед глазами стоял мутный туман.

Я лежала без одежды, под мягким толстым одеялом.