Ведьма в академии магии. Чужая невеста

Дальше рассказывать?

Естественно, я доела весь бульон и сухариками закусила, лишь бы узнать, что там дальше. Но ничего особо примечательного больше выяснить не удалось. Поимка вампира была отложена до вечера следующего дня, хотя ведьмаки убеждали Барсвиля отправляться вот прямо сейчас.

Однако он им отказал. Отказал, проводил и вернулся ко мне. В тот самый момент, когда прямо передо мной материализовалась тарелка с кусочком ягодного пирога.

– До чего ведьмочку довел! Бедная, голодная, несчастная, сопливая! – патетично посетовал Элеот, забирая с собой пустую посуду.

У меня аж глаза на лоб полезли от того наигранного осуждения, что слышалось в его голосе.

– Я рад, что ты хорошо поела, – остановился Барсвиль у основания кровати, тепло улыбнувшись лишь одним уголком губ.

– Спасибо, было вкусно, – проявила я вежливость, хотя создавалось впечатление, что я сейчас просто лопну.

Голова покинувшего комнату Элеота тут же высунулась из-за двери:

– То есть бульон варил я, кормил тебя я, пирогом с тобой поделился тоже я, а спасибо ему? Вы еще целоваться здесь начните.

– Ты, кажется, собирался уходить? – произнес Барсвиль размеренно, но с явной угрозой в голосе.

– И оставить вас одних? – спросили за дверью, а я услышала шаги на лестнице. – Ага, сейчас прямо. Шнурки только на тапочках завяжу. Мне потом мать, если узнает, метлу засунет… в общем, засунет.

Последнюю фразу уже было едва слышно, а потому Барсвиль не утруждал себя ответом. Вместо этого он предложил мне поспать, чтобы набраться сил.

Только спать мне совсем не хотелось. Зато было уютно лежать в кольце его рук с закрытыми глазами. Я даже снова попробовала его поцеловать, но мужчина прервал касания, едва я дрожащими руками попыталась расстегнуть пуговицу его рубашки.

– Не сейчас, Тиана. Мне хочется, чтобы ты не сожалела о произошедшем и была полностью уверена в своем решении, – поцеловал он каждый пальчик на моих руках и обнял крепче. – Спи. Если ты не встанешь на ноги до завтрашнего вечера, на поимку вампира я отправлюсь без тебя.

Стоит ли говорить, что после его слов я предприняла еще одну попытку заснуть и она оказалась успешной. За ночь я так ни разу и не проснулась, а утром ощущала себя бодрой и полной сил.

Даже на занятия пришла в числе первых, с удивлением обнаружив, что в моем гримуаре помимо моих записей появилась одна, сделанная не моей рукой. Это был наговор на исцеление от сезонной хвори, который произносили над отваром из ромашки, листьев малины, смородины и чабреца.