Ведьма в академии магии. Чужая невеста

– Вампира привлекла моя кровь!»

Развернувшись, я вихрем ринулась к ближайшей от двери стене. На пути мне попалась чужая метла, которую я схватила не раздумывая. Тот, кто должен был меня защищать, сейчас моими же стараниями находился в глубокой отключке, так что уповала я лишь на ведьмаков – подчиненных Барсвиля.

Но они ведь еще должны были добраться до второго этажа...

Сделав медленный вдох, я зажмурилась посильнее и со всей дури ударила вошедшего метлой. Махалась так, как никогда в жизни, но уже буквально через миг древко было накрепко перехвачено не мной, а я сама намертво прижата к стене.

Ужас свой я ни за что не смогла бы описать словами. Страх прошил насквозь, ослепил, и мне понадобилось время, чтобы понять, что передо мной стоит Барсвиль, а не древний, пожелавший откушать на сон грядущий вампир.

Только сказать я ничего не успела. Его губы прижались к моим, смяли, заставляя сделать судорожный вдох. От его напора я будто потерялась в собственных ощущениях, но о страхе забыла напрочь.

Однако стоило ведьмаку отстраниться и весело усмехнуться, как я поняла, что это совсем не Барсвиль.

Вообще не Барсвиль.

Только что меня без стыда и совести целовал Элеот. Элеот, что по-прежнему прижимал меня к стене, перехватив обе мои руки у меня над головой.

Видимо, весь спектр эмоций от изумления и до ярости отразился на моем лице, раз преподаватель по боевке решил оправдаться:

– Это была проверка. Вдруг вампир уже прикинулся тобой, а мы ни сном ни духом. Древние вампиры, знаешь ли, на раз-два могут изменять свой облик на тот, чью кровь когда-то вкусили.

– А у меня во рту вы своим языком что искали? – поинтересовалась я, дрожа от злости.

Злости на себя, потому что оказалась беспомощна перед ним.

– Клыки, – как ни в чем не бывало пожал он плечами, будто это было само собой разумеющееся, а я, такая глупая, не поняла.

Я наконец была отпущена. Прислонив метлу обратно к стене, мужчина обернулся. Увеличившееся между нами расстояние значительно повлияло на мой навык дышать полной грудью.

– Чем это ты его так приложила хорошо? – поинтересовался Элеот, оценив картину «полуобнаженный будущий император лежит бесчувственным на голом деревянном полу».

– Вазой, – не стала я скрывать, глядя на старшекурсника брезгливо. – Можете посмотреть: он жив?

– Да что этой пьяни будет? – поддел ведьмак руку студента мыском сапога, и тот пошевелился, перекладываясь на другой бок. – Много он выпил?

– Три бутылки, – ответила я, завязывая шнурки плаща.