Академия призывателей. Ректор на поводке

– попыталась объясниться и сжалась, накрыв голову руками, чтобы закрыться от устремившейся ко мне ручище ракшаса.

Сейчас бы фамильяра – послушного и сильного, который бы закрыл собой от прямой угрозы моему здоровью. Но Артур Варфоломеевич – наш ректор, и он не оценит, если я нарушу наказ не вызывать своего единственного фамильяра, который бы порвал ракшаса, словно Тузик грелку.

Страх отправиться в лазарет и пропустить занятия по состоянию здоровья волной прокатился по всему телу, сердце будто взорвалось в груди, заполнив каждую клетку бешеной энергией, требовавшей высвобождение.

– Что здесь происходит? Синицина?! Я же говорила, чтобы ты не призывала своего фамильяра! – строгий голос Дуровой вернул меня в реальность.

Осторожно открыла глаза и посмотрела наверх, взглядом уткнувшись во что-то чёрное и мохнатое, ставшее препятствием на пути руки ракшаса.

– Это не я начала! – крикнула, выползая из-под нависшей надо мной волчьей головы.

Виноградов отозвал назад ракшаса – всего на пару шагов. Без своей заграничной игрушки он выглядел не так круто, думаю, в этом причина, что он не спешил прятать ото всех фамильяра, который своим опасным характером может потягаться с адской гончей, особенно с моим Фером.

– Фамильяров убрали и объяснили, что тут произошло! – потребовала Дурова.

Я посмотрела на адскую гончую, чьей голове пришлось несладко, но Фер вида не подавал, только зыркнул на меня опасно, будто обещая припомнить этот внезапный призыв, а именно отрыв от работы.

– Спасибо, Фер, можешь возвращать назад, – произнесла я, и он исчез.

Виноградов тоже велел своему фамильяру исчезнуть, и мы принялись рассказывать Дуровой, что тут случилось, перебивая друг друга и внося правки и уточнения по каждому высказыванию не состоявшегося дуэлянта.

Глава 4. Заклятый друг

– У нас сейчас что, затмение или ретроградный меркурий? – поинтересовался ректор, посмотрев на завуча.

– Нет. Ни того, ни другого.

– Тогда как это понимать? – задал он вопрос мне с Виноградовым.

Не дожидаясь завершения первой пары, Дурова отправила нас со второкурсником к Волкову с дежурным третьекурсником. Ситуация, произошедшая на лугу, требовала немедленного разбора на ковре ректора.

Мы с Виноградовым ещё раз пересказали как всё было, перебивая друг друга, чтобы внести важные правки и уточнения. Когда добрались до конца нашей истории, мы замолкли, уставившись на окаменевшего ректора.