Мой Истинный Альфа

Вот только милосердие едва ли приводит к чему-то хорошему. Наоборот. Милосердие — практически всегда становится медвежьей услугой самому себе. И я знал, что, помогая бедолагам, обрекаю себя на дополнительные хлопоты, если не сказать — на очень серьёзные проблемы.

— Сава…

Обернувшись на голос, я увидел Машу. Она стояла на полуразрушенном крыльце, обутая в мои болотные сапоги. Её силуэт немного напоминал стог сена на ножках, поскольку на плечах Маши громоздился овечий тулуп, доходивший ей почти до колен. Можно было бы сказать, что это выглядело мило, если бы в самом деле это не выглядело опасно.

— Иди в дом, — сказал я и отвернулся.

Послушала ли меня Маша? Разумеется, нет. Казалось, она прямо-таки из кожи вон лезет, чтобы лишний раз побесить меня.

Пигалица, шлёпая по лужам, притопала ко мне и сунула свой любопытный нос в пучок из трав, который я перевязывал бечёвкой.

— Это что, мне букет? — сверкнула она хитрыми зелёными огоньками.

— Нет. Это поганый веник. Которым я тебя сейчас загоню обратно в кровать.

Наскоро соорудив амулет, я шепнул заговор в сухие травинки и повесил душистый пучок на забор. Если я правильно уловил направление ветра, то аромат трав должен немного рассеять и сместить имеющийся здесь след, тогда волколаки обойдут селение стороной и нагрянут в соседнее.

Маша внимательно таращилась на меня и следила за каждым моим действием. Естественно, и на вопросы оказалась скора:

— А ты ещё типа колдун? — она шмыгнула носом.

— Нет. Я не колдун.

— Пробел? А у остальных, значит, магия есть?

— Не у всех. Но у многих. Особенно, у чистокровных.

— А ты нечистокровный?

— А не видно? — я уставился на неё обоими глазами.

— Честно говоря, не очень, — Маша вновь зашмыгала носом. — А как увидеть-то?

— Ничего странного не замечаешь? — я указал двумя пальцами себе в лицо.

— Разноцветные глаза?.. — наконец-то, докумекала моя дурёха.

— Она и есть.

Я снова занялся амулетом, уже четвёртым по счёту. Перебирал и складывал в нужной пропорции травы, не обращая никакого внимания на девчонку. Но уходить она не торопилась.

— Может, тебе чем-нибудь помочь? Только не говори, что я тебе очень помогу, если свалю обратно в дом.

— А ты быстро учишься, — заметил я.

Маша презрительно фыркнула:

— Я там чувствую себя лишней. И мне скучно.