Мой Истинный Альфа

— Ну-ну, — хихикнула незваная подружка и прошептала (в общем-то зря, у меня же слух гораздо острее человеческого): — А ты тоже себе норм мальчика отхватила.

— Ты чё, дура?! — шикнула на неё Маша. — Какой «мальчик»?! Ему сто лет!

— Ой, да ладно тебе выдумывать. Что ты скромничаешь?

— Я не скромничаю. Реально тебе говорю — Саве девяносто два года. Он сам так сказал.

— А ты не в курсе, что его Сагарт зовут?..

Вот это было крайне интересно… Стало быть, Марлок уже много чего рассказал Рине. И как после такого доверять Белым, когда минимум один из них — трепло?.

— В курсе! — шептала Маша. — А ещё я в курсе, что он старый, как пень!

— По волколачьим меркам, — сказал я, возвращаясь, — у меня самый расцвет сил. Что-то около сорока лет на человеческий лад.

Моя дурёха покраснела до ушей и сделала вид, что смотрит куда-то в другую сторону.

— Спасибо, — Рина заглянула в котелок, который я поставил перед ней на пол. Она снова гладила своего драгоценного «Макарушку» и щебетала ему любовную несуразицу: — Котёнок, ты тоже должен поесть обычной еды.

Марлок неловко сел, привалился спиной к горячей стене и тут же заскрежетал зубами от боли. Отодвинулся. Рина принялась его кормить с ложечки.

— Почему ты с ним так возишься? — Маша задала ей вопрос, который также интересовал и меня, и на который я, возможно, уже знал ответ.

— Я же объяснила, — рассердилась Рина. — Потому что теперь мы вместе.

— Потому что теперь она — моя Стая, — произнёс Марлок и уставился почему-то на меня.

Ну, разумеется. Как и предполагалось…

— Что это значит? — ожидаемо спросила Маша.

— Это значит, что Марлок отозвался на Истиный Зов Рины, — пояснил я.

Моя зеленоглазая только скривилась:

— Чего-чего сделал?

— Отозвался на Истинный Зов, — гордо сообщила Рина. — Он — мне, а я — ему.

— Ты не можешь ему отозваться, — сказал я. — Ты — обычный человек. Для вас не существует Истинного Зова.

— А вот и могу. Когда любишь, всё возможно. Правда, Макарушка?

— Наверное, — не слишком бодро откликнулся Марлок и совсем сник.

— Может, мне уже кто-нибудь объяснит, — возмутилась Маша, — что это за очередная волколачья фигня?

— Это и есть настоящая любовь, — подоспела её подружка.

— Никакая это не любовь! — рубанул я. — Это просто инстинкт! К сожалению, необратимый и неконтролируемый!

— А чё ты-то бесишься? — удивилась Маша. — Что в этом всём такого страшного?

— Страшное в этом то, — снова вступил Марлок, — что отныне я не принадлежу ни себе, ни Стае, — он тепло посмотрел на свою Истинную.