Мой Истинный Альфа

Не теряя времени, я тотчас направилось к недобитому Дилару.

Никогда бы не подумала, что сумею с такой лёгкостью схватить и поднять его с земли, будто брошенный носок.

Белый Альфа уставился мне в глаза. Его пронзали судороги по всему телу. Но взгляд оставался ровен. И в нём не было страха.

Было лишь… непонимание.

И… восхищение.

“Мрия… — услышала я в собственной голове его бархатистый ласковый голос. — С Днём рождения, милая…”

Внутри меня стянулся какой-то болезненный жгут.

“Мрия, всё хорошо… — звал меня Белый Альфа.

“Замолчи!” — прорычала я.

Мои лапы дрогнули и разжались.

Я должна была его убить.

Я не хотела его убивать.

Я — волколица, жаждущая кровавой мести.

Я — просто маленькая девочка, изнывающая от горя.

«Сава… Савушка… Сагарт… Мой любимый Альфа…» — вспомнила и, наверное, зарыдала бы. Вот только оказалось, что волколаки не плачут.

Обезумев от нечеловеческих мук, я прыгнула настолько высоко, насколько могла. И моё тело, подчиняясь воле, моментально обернулось в человеческую ипостась.

Я упала на землю, голая, потная, плачущая.

Я слышала, как позади рычат и воют покалеченные мною волколаки. Теперь они расправятся со мной с превеликой радостью. Но мне стало вдруг на всё совершенно плевать.

— Савушка… — я поползла к чёрному лохматому телу, не подававшему признаков жизни.

Спиной я ощущала, как Клан Белых восстаёт, чтобы нанести финальный удар. Но в чём был смысл всей этой жестокости, если я так и не сумела спасти любимого?..

— Сава… — тихо позвала я, дотрагиваясь дрожащими человеческими руками до груди любимого.

Кто-то внезапно встал рядом со мной — Макар. Точнее — Марлок. Он отгораживал меня и едва дышащего Сагарта от пятерых Белых, надвигавшихся на нас.

— Сава, я люблю тебя, — я зарыдала, обнимая искалеченную морду. — Люблю тебя…

Марлок зарычал, давая всем понять, что не сдастся без боя. Один. Против пяти разъярённых волоколаков.

Где-то кричала Ринка. Где-то замолчали птицы. Где-то в моей груди замерло сердце, готовясь стихнуть навсегда.

— Я люблю тебя, мой Альфа, — прошептала я, не надеясь, что Сава меня услышит.

Но он всё-таки слегка приподнял правое веко, и на меня мутным взором уставилось ледяное, но милое моему сердцу голубое око.

Белые надвигались всем скопищем. Круг стягивался — теперь я их явственно ощущала будто метки на коже, которые щипали больнее по мере приближения врагов.

Марлок стоял неподвижно.

Я закрыла глаза, баюкая на груди своего любимого умирающего Альфу.