Ленивый Волшебник

Они соединяли между собой две планеты Душа и Свобода (и да у большинства населённых планет в мировом саду такие имена) они кружили от центра соединения словно песочные часы чем вызывали приливы и отливы, тем большие чем ближе к центру. Так как такое движение добавляло к гравитации еще и центробежную силу вынуждающая жителей экватора по особому наливать чай в кружку по длинной дуге, а водопады лится под наклоном, что конечно было не так важно по сравнению с влияниям магии на мир.

Никтас потряс своими кошачьими ушами и зевая почесался.

Он взерошил собственную причёску а затем ладонью причисал весьма подраспущенные золотые волосы. К ожелению или к счастью всё его тело имелла монотонный золотиста-огннный окрас. Автомат из растений обладавший фигурой песочных часов хранил в себе баночки с примущественно из металла хотя были весьма устаревшие скляночки. Волшебник кинул пару зелённых монеток, после полученного зелья уселся на прямо на кучу прозрачно-серой травы.

-Будь я восточнее мог бы полюбоваться взором на вторую планету, однажды это случится, однажды-последние слова были произнесены слегка гнусавым голосом как если бы кто то дразнил его повторяя слова в издевательской над ним интонации.

Шипение газированного эликсира волшебства.

Лилово-огненный клуб плотного газа, словно жидкость в невесомости брызнула прямо из алюминиевой банки обдавая терпким кисловато-сладким ароматом.

Возникло чувство чего-то претенциозного и одновременного бытового. Словно это происходит в первый раз пусть и каждый день, как момент сам в себе, который Никтас чательно выискивал в жизни, повторяемый ритуал почти каждое утро никогда не надоедал, миг искреннего счастье самая важная на свете мелочь процитировал собственную мысль Никтас.

Баночка любимого эликсира и пупырчатый табак фигурного сорта, природа во всей своей красе и вишенка на торте ни единой души.

Добродушный взгляд, но с нотками тоски где-то в глубине мысли за пиханная имподальше и гневные крики с задорным хихиканье где-то позади волшебника.

На которые тот попытался ответить безразличием.

Банка имела оранжево-красный с элементами чёрного дизайн, на ней красовался голова красного дракона который с счасливым видом поедал огненный цветок, окутанный пламенем надпись «магкировка, с языками пламени», один из многих вкусов волшебной газировки. По какой-то соверенно "мистической" причине каждый раз когда он смотрел на эту эмблему ему становилось грустно. Зато вкус никогда не подводил.