Управленец 2 "Избранный"

На людей, как второе самое ценное творение, лишённое особой мощности, этот закон не распространялся.

— Будучи смертными, рыцари вольны творить что хотят. Тем более у них есть на то основание: долг Белого ордена – сохранять порядок и карать посмевших нарушить высший закон. Талльм уже был наказан за свои преступления, но едва ли это освобождает его от ответственности за недавние дела.

— Но ведь Талльм повержен. Я низверг его и полностью контролирую. Неужели рыцари не учтут этого?

На тонких губах юноши растянулась улыбка.

— Наивный глупец. Ты и Талльм – одно целое. Ты не низверг его, а впитал в себя. А я помог вам сплавиться воедино, чтобы окрепнув, он не разорвал тебя и не вырвался на свободу. Едва рыцари увидят тебя, как захотят доделать свою работу и уничтожить тебя.

Маг уже давно подозревал об этом, но мысли о невозможности разлучиться с Талльмом вызывали у него паническую дрожь. Поэтому он предпочитал об этом не думать.

Посланник почувствовал в воздухе запах страха:

— Видишь, человеческого в тебе намного больше, чем ты думаешь.

Бог-юнец приблизился к собеседнику и, наклонив голову, заговорил с ним как с зазнавшимся ребёнком, которого нужно было поставить на место.

— Страх есть пища. Но для богов она питательна и вкусна, поскольку её источником является чужая слабая душа, а для смертных страх - пленяющая необходимость. Вы не можете сделать без него ни шага. Вы словно дышите им, нуждаясь, как в воздухе. Иногда мне кажется, что если бы смертные ничего не боялись, то сдохли бы от безделья.

Человек действует не потому, что знает свою цель и идёт к ней. Если бы это было так, то он был бы слишком похож на нас. Человек действует потому, что слишком страшится последствий бездействия. Ведь оно может и убить, — на лице говорящего проступило мимолётная брезгливость, смешанная с презрением. — Какой же это позор, быть человеком…

Последняя фраза пробудила в Громе злость, сумевшую затмить нараставшую тревожность.

— … особенно, когда тебе дано быть богом.

— продолжение фразы злило ещё больше.

Сказав это, посланник богов исчез. Разочарованию не было предела. Ни совета, ни указа не последовало, а потому маг снова остался наедине с собой и своими мыслями.

У заброшенных шахт

На лице Гория пробежала целая стая негативных эмоций, когда перед его взором снова возникла проклятая шахта. С трудом принудив себя войти в неё, он мысленно поздоровался с торчащим из стены камнем, что в прошлом частенько ставил ему подножки.