Сделаю тебя своей

— Я очень надеялся, что ты вернешься. Уловка с колесами — отличный крючок, — сказал, жадно на меня смотря.

Хищный взгляд, от которого ледяной лапой сжало внутренности. «Красная Шапочка, я тебя съем!» подкинуло фразу подсознание, хотя на юную девицу из сказки я мало похожа.

— Здесь везде камеры, — предупредила вместо упрека или возмущения, указав рукой на заборы соседей, утыканные видеоаппаратурой.

— Ты про эти? — мягко улыбнулся Ярый, словно мы розовые воздушные шарики обсуждаем. — Для нас они безопасны, — добавил ласково.

Вот теперь поняла, что точно попала! Прежняя наша встреча была разминкой. На этот раз так просто я не отделаюсь.

— Нам есть что обсудить, — с улыбкой заявил хищник, которого опасалась. — К чему вести разговоры на пороге? В доме удобнее.

Его точку зрения не разделяла, но моего мнения не спрашивали. В гости меня пригласили принудительно.

Глава 11

Спросите, как я оказалась в кабинете Ярого, не смогу ответить. Все случилось быстро, без моего согласия и возможности возразить.

События смазались, словно рассыпались яркими конфетти. Остались только эмоции, в один момент захватившие полностью.

Картинки того, как шли сюда, осыпались битыми осколками и были сметены памятью в мусор, как неважное. А важное сидело за столом и сверлило меня взглядом.

— Знаешь, я дал себе зарок. Если ты вернешься… то все получится! Если придешь сама, неважно, по какому поводу, значит так и быть, — заявил он, и я прочувствовала каждое слово.

У него сильный голос, уверенный, с хрипотцой. Голос настоящего мужчины, самца. Таким можно фильмы озвучивать, заставляя зрительниц трепетать и раздумывать, как же выглядит его обладатель.

Чувствуется, что привык к власти. Ему не требуется кричать, чтобы послушались. Властные интонации и стальная воля, вот что я ощутила в его словах. Недаром подчиненные слушались его беспрекословно.

Сердце замерло, а потом забилось часто. Получается, импульсивным поступком подписала себе приговор.

Поддаваться сожалению возможности не было. Требовалось решать возникшие проблемы сейчас, незамедлительно. А проблема сверлила меня серыми глазами, довольно улыбаясь.

Захотелось завыть на луну и побиться лбом о твердую столешницу, чтобы шестеренки на место вправить. Позвонить Никите у меня не получилось. Никто не знает, что я здесь! И от этого стало реально не по себе.