Переполох в Новогодье, или Как принцессы женихов отваживали

- Жаренные каштаны? Яблоки в карамели? Вафли?

- Возможно, принцессы посоветуют свои любимые лакомства, - предложил Балдер. Ингмар тут же посмотрел на меня вопросительно. Но ответить я никак не успела, мама активно поддержала эту идею.

И, глядя, как сестры разбредаются по площади, последовала их примеру.

- Надеюсь, ты не задумала накормить меня какими-нибудь тараканами, - задумчиво пробормотал принц. Я с трудом сдержала смешок: такая идея меня посещала. Жаль, что я не знаю, где ими торгуют. Отстояв небольшую очередь, мы взяли ржаной пудинг и две кружки горячего травяного чая.

«Хлеб» с сухофруктами принцу понравился, судя по его аппетиту. От любимого десерта и я подобрела, невольно опустив колючки. И видимо, Ингмар это почувствовал.

- Не хочешь сбежать от остальных? – с улыбкой спросил он, когда я уже допивала чай, разместившись возле высокого столика.Вот тут я уже не смогла подавить смешок.

- Сказать, от кого я хочу сбежать в первую очередь? – я ещё и брови вопросительно приподняла.

- Не стоит, я и так знаю, - ответил принц с озорным блеском в глазах. – От строгой мамы.

- Не хочу вас разочаровывать... – сказала я, разводя руками. – Но вы не правы.

- Покажи мне столицу, - попросил меня Ингмар неожиданно серьезным голосом. – Твои любимые места: улочки и мосты, магазинчики и кондитерские.

Покачала головой и указала взглядом на охранника.

- Сбежать не получится.

- Я не думаю, что они имеют полномочия нас задерживать, - резонно предположил принц.

Вполне возможно, что отец дал им новые инструкции: просто сопровождать нас.

Я снова покачала головой, хотя идея «усыпить» подозрительность была неплохой.

- И почему ты такая вредная? – со вздохом спросил Ингмар. Я округлила глаза, изображая крайнюю степень возмущения.

- Ничего подобного, - попыталась скопировать тон самой старой фрейлины мама: этакую смесь брюзжания и высокомерия. Но судя по смеху принца, он не впечатлился.

- Это уж точно, - заметил мужчина с улыбкой. Он осторожно дотронулся до моей ладони, которую я грела дыханием. Кружки уже давно остыли. Не знаю, что он хотел сделать, когда подносил её к лицу, но я успела высвободиться.

- Вернемся к остальным? – предложила я, взглядом ища родных. Ага, родители возле входа в парк стоят и, кажется, принимают поздравления народа.