Ассасины. Твое противоядие

– Молись Судьбе, чтоб я тебя потом не отравила.

– Зная твою изощренность, ты и во время поцелуя сможешь это сделать.

– О, я не так коварна. Но идея хорошая, возьму на будущее.

– Будущие поцелуи? – посмеялся он.

– Не мечтай! Я…

Я не успела договорить, потому что он подошел ближе и накрыл мои губы своими. Мягко. Нежно. Заботливо?

Его рука легла мне на затылок и слегка сжала волосы. От него пахло корицей и снова гвоздикой. Он поглаживал меня по волосам, а второй рукой по плечу, затем переместился на шею, и большим пальцем очертил контур уха, откинул прядь волос.

О, Судьба! Меня никогда так не целовали. И я так никогда не целовала. У меня никогда не было такого, что сердце пускается вскачь! Он углубил поцелуй, слегка потягивая мою верхнюю губу, затем запуская язык вовнутрь. О милостивая Судьба! Что он делает? Я перестала соображать абсолютно. Мои губы ласкали губами, а язык языком. Это было танцем нежного огня. Так горячо, так соблазнительно, но так… трепетно. Мне казалось, что он дрожит.

Я слегка приоткрыла глаза, которые, почему-то, закрылись, и увидела, что он смотрит на меня из-под ресниц, которые слегка подрагивают.

Я, вроде как, была проигравшей, но, все-таки, чувствовала себя победительницей, глядя как он растерянно и робко смотрит на меня. Я облизала пересохшие губы, не зная, что сказать.

Может мне с ним переспать? С таким не жалко будет с девственностью попрощаться. Кажется, я засмеялась этим внутренним рассуждениям вслух, потому что вид у него стал еще более испуганный.

– Я… Тебе… не понравилось? Я смешно целуюсь? – спросил он.

– Кхм… – откашлялась я. – Все отлично. Ты молодец.

Ты молодец? Это все, что ты сказала, Рейни? Серьезно?

– Это был самый сладкий выигрыш в моей жизни, – сказал он.

– С ароматом кофе, ванили, апельсина, горького шоколада и макадамии, – передразнила я его слова, сказанные несколько минут назад.

– Ага… – кивнул он. – Я… сейчас приду. Я с утра в душе не был.

– Что? – возмутилась я. – Ты целовался с нечищеными зубами со мной?

– Нет-нет, зубы почистил, умылся. Я… сейчас вернусь. Надо перед выходом освежиться.

– Ты пахнешь корицей и гвоздикой, –вслед сказала ему я и заметила, что он замер от моих слов в дверном проеме и оглянулся. – Мне понравилось, но больше мы так спорить не будем.