Ассасины. Твое противоядие

Я усмехнулась и покачала головой.

– Я понимаю.

Я действительно понимала.

– Не злись на Эндари, – вдруг сказал он. – Все будет как нельзя лучше. Выпей кофе.

Я согласилась, что это хорошая идея и подошла к аппарату, поставила чашку и нажала на кнопки. В кружку с шумом налился черный напиток, я сделала глоток и вернулась на диван.

Я стала осматриваться, Люрис это заметил.

– Время, – сказал он и повернул ко мне часы циферблатом.

Я постаралась улыбнуться с благодарностью. Я медленно пила кофе, не зная, чем себя занять.

О, нет! Я не накинулась на него с кинжалами, не съездила по его физиономии. Я лишь приторно улыбнулась и обрадовалась, что вызвала нужную реакцию.

На лице Эндари заиграла растерянная улыбка, а взгляд был слегка виноватым.

– Рад, что ты не наделала глупостей, – сказал он.

– Сложно что-либо делать, когда спишь, особенно по принуждению, – парировала я.

– Извини, но так было надо.

– Мог бы рассказать, – продолжила я спокойным голосом, сдерживая бушующую ярость для подходящего момента.

– Ты не поделилась, – веско ответил он.

– И тем не менее...

– Я принял решение, наиболее подходящее для того момента. Я бы поделился, будь такая возможность.

Люрис закопошился у себя за столом, ему было неловко присутствовать при нашем разговоре, но уходить он никуда не собирался. Эндари подошел ко мне ближе и присел рядом. Он аккуратно накрыл мою руку своей, я зло стрельнула в него взглядом.

В его глазах звенела боль и обида. И я понимала, что он имеет на нее полное право. Я не могу на него злиться, осознавая, что сама все скрыла и не стала с ним говорить на эту тему. Но эмоциям не прикажешь. Можно подделать действия, слова, реакции тела. Но эмоции? Они всегда будут жить так как они хотят, даже если не будут влиять на сами действия. Мои, правда, влияли. Как это было всегда рядом с ним. Все маски слетали, оголяя душу, заставляя меня забыть о контроле и поддаваться нелогичным действиям.

Мой муж глубоко вдохнул и выдохнул, и затем уже спокойно продолжил:

– Мы сейчас пойдем в королевские покои.

– Зачем?

– Увидишь.

– Не расскажешь?

Он раздражительно смерил меня взглядом, я прям видела, как на кончике его языка плясало «А ты мне ничего не рассказала ведь», но он лишь с излишним спокойствием ответил:

– Нас ждут на аудиенцию, не делай глупости, пожалуйста. Все в порядке.