Сводная проблема демонолога

Я с наслаждением потянулась и уже направилась в сторону ванной комнаты, когда услышала за спиной тихое:

— Те-е-с-с-а-а…

— Ну нет же! — протянула я, чувствуя, как рука тянется к цепочке на шее, где висит зелье. Только вот зелье на шее я уже не ношу много лет. С того момента, как уехала отсюда. Ну нет! Все же осталось давно в прошлом!

— Я ждал тебя, Те-с-с-а…

Выдыхаю, вспоминая карету и голос, который слышала в ней, закрываю глаза и бормочу под нос.

— Ничего нет. Все хорошо. Мне тогда показалось и сейчас кажется.

— Ну, посмотри на меня, Те-с-с-а… — попросил невидимый собеседник, а я не могла себя заставить пошевелиться.

— Ты же знаешь, это бесполезно…

— Знаю, — хрипло ответила я и развернулась, уже совершенно точно понимая, что увижу за своей спиной. Ошибки быть не могло. Он вернулся. А вместе с ним и мои кошмары.

Глава 2

Я все же повернулась. Знала, мой кошмар никуда не денется, пока я не обращу на него внимания. Он сидел на камине, мелкий чуть больше цвергшнауцера нашей директрисы — черный, с горящими глазами и выступающими клыками.

— Ты так выросла, Те-ес-са, — протянул он голосом, который подошел бы не плюгавой помеси собаки, поросенка и крысы, а соблазнителю юных дев.

— А ты совсем не изменился, как был противной тварью, так и остался, — огрызнулась я и мстительно добавила. — Утя…

Знала, что его это бесит. Он меня, вообще, недолюбливал и называл зловредной, непослушной девчонкой, вопрос только, почему все равно являлся с завидной регулярностью? Перестал, только когда мне начали давать зелья.

— Я — Уттука! — злобно прошипел он, раздуваясь в размерах, но я показала ему язык. Последний раз Уттуку я видела еще до отъезда в пансион, поэтому и методы общения остались еще те, детские. Тогда на высунутый язык он обижался и уходил, а я получала несколько свободных часов, в течение которых могла быть нормальной и не разговаривать с пустым местом, а еще Уттука знал мои слабости и предпочтения.

— Утя, — упрямо ответила я и посмотрела с вызовом. — Ну, и зачем ты явился? Столько лет не было.

— Потому что ты снова готова меня видеть. — Он по-человечески пожал худенькими плечами. — Сколько ты уже не пьешь лекарство? Две недели, да? Они травят тебя, заглушая способности, поэтому ты перестала меня видеть. Яд вышел, и я снова с тобой.

— У меня нет способностей, — парировала я.