Когда ночь сменяет ночь

Неужели это правда, и я наконец смогу вернуться в наш мир… Собираясь поблагодарить, я повернулась к Эдреду… и замерла от ужасного подозрения. Он стоял вполоборота ко мне, неловко поджав левую руку. Со стиснутой ладони на пол капала кровь. Несколько капель было и на полу возле стула, и на кинжале, теперь лежавшем на краю стола…

— Что ты сделал?

Эдред молчал, будто затруднялся так быстро придумать подходящий ответ, и я уже громче повторила:

— Что ты сделал?

Эдред небрежно стряхнул с руки кровь.

— Я всего лишь буду знать, где ты находишься, когда…

Не помня себя, я одним ударом рассекла ему щёку, полоснула ногтями по шее… По-моему, ещё ни разу я не испытывала такого искреннего желания убить и страшно жалела, что Эдред защищён дурацким зароком.

Но мой припадок остановило не это. Эдред совершенно не сопротивлялся, даже не пытался увернуться. Его глаза затуманились, рот приоткрылся, как если бы расправа доставляла ему удовольствие, ладони обхватили мою талию, окровавленное лицо наклонилось к моему… Я с отвращением отшатнулась.

— Как избавиться от этого клейма?

Взгляд наткнулся на тускло мерцавший кинжал, и уже в следующее мгновение я сжимала в ладони рукоятку.

— Что ты собираешься делать? — хрипло спросил Эдред.

Не говоря ни слова, я извернулась, пытаясь достать клинком вытатуированный символ, но Эдред тут же вцепился в моё запястье.

— Это действует. Он не будет знать, где ты.

— Зато будешь знать ты!

Я в бешенстве выдернула запястье из его ладони, но Эдред ловко скрутил мне руки, и, вырвав кинжал, запустил им в окно.

Стекло разлетелось вдребезги, кинжал улетел куда-то в темноту… Оттолкнув Эдреда, я бросилась к своим часам, но он перехватил меня, и мы кубарем покатились по полу. Эдреду опять удалось меня скрутить — сказалась выучка в подвалах инквизиции.

— Я ведь тебе не враг…

Его губы жадно присосались к моей шее, задвигались к плечу, до боли впиваясь в кожу. Ладони, нырнув под тонкую ткань блузки, лихорадочно шарили по моему телу. С трудом вывернувшись, я снова рванулась к часам, но Эдред отшвырнул меня в сторону и брызнул на них кровью с раненной руки.

Алые капли усеяли ремешок, и я вне себя выкрикнула:

— Что ты сделал! Изверг! Безумная тварь!..

Вмиг оказавшись рядом, Эдред стиснул мои плечи.

— Не говори со мной так!..

Но вспышка ярости была короткой — почти сразу его губы исступлённо потянулись к моим. Я едва успела отдёрнуть голову и, сбросив цеплявшиеся за меня руки, хлестнула его по лицу. Эдред зарычал, в глазах полыхнуло бешенство.