Тайна Джона Скорсезе

— Так уж получилось, что к нам обратился клиент, связанный с тем же делом, что расследуется у вас — о Джоне Скорсезе. И мы хотели бы попросить о небольшой услуге, — я прям спиной почувствовал недовольство Кати, но не отрывал взгляда от собеседника.

— Хм, интересно, — бывший одногруппник откинулся в кресло, перекладывая с места на место несколько папок с документами и оттягивая свой ответ. — Хорошо, скажите, что за просьба и я подумаю.

— Нам нужны записи с камер наблюдения на работе потерпевшего, — выдал я наше сокровенное желание.

— Сами понимаете, — Михаил скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла, — это не так-то просто сделать. Конечно, я мог бы подумать, как вам помочь. За небольшую услугу, — добавил он улыбаясь краем рта, и смотря мимо меня на Катю. Та беспокойно завозилась на стуле. А у меня появилось чувство дежавю: нам опять предлагают мутные услуги в обмен на не менее мутные сведения, и опять расплачиваться надо Кате. Ух, чувствую, отыграется она на мне потом.

— Сам понимаешь, — я отзеркалил позу собеседника, — никакие услуги без гарантий не выполняются.

— Да мне-то что, — это, прежде всего вам надо, — резонно заметил парень, он пожал плечами, продолжая слегка улыбаться. Кажется, я начал понимать почему он бесил подругу.

— Ладно, — тяжко и страдальчески вздохнула Катя, — хватит препираться, говори свою услугу.

— Хочу сходить с тобой на свидание, — сказал он, опираясь руками на стол и подаваясь вперед, саркастичная полуулыбка сменилась полноценным оскалом.

Я внутренне напрягся. «В общем-то не так уж нам и нужны эти записи. Обойдемся и сами как-нибудь», — утешал я себя заранее, понимая, что Катька может только послать в ответ на такую странную просьбу.

Но она отреагировала, на удивление, спокойно, всего лишь прошипела сквозь зубы парочку проклятий и сказала:

— Хорошо, только зачем?

— Как зачем? Хочу дать нашим отношениям еще один шанс, — он подмигнул мне и улыбнулся Кате.

— Каким отношениям? — еще раз вдохнула девушка, устало и обреченно.

— Замечательно. Скопирую вам при случае записи, все равно мы это дело уже давно отнесли к самоубийству, но чем бы дитя не тешилось, — протянул он, снова расслабленно откинувшись в кресле, хитро посмотрел в мою сторону.

А вот Катя смотрела только перед собой.