Шарлотта. Я служу Тьме

– Да уж, бедняжка Майла, – покачала я головой. – В тот год у разрыва дела совсем плохи были, помнишь, Ноэль? Так орки из-за этого зачастую добирались и до этих мест. Много кто здесь шагнул в объятия Шисы.

Разговор дальше мерно потёк вокруг новостей. От десерта Лима отказалась, уводя маму со словами, что той целители запрещают есть сладкое вкупе с приёмом микстур. Дерек, не жалующий сладости, также отказался от десерта. В столовой остались одни мы с Ноэлем. Я задумчиво попивала вино и ковыряла ложечкой взбитые сливки на каком-то бисквите.

– Я правильно понимаю, что слуг в доме всего двое? – подал голос Ноэль. Я кивнула. – А кто же тогда готовит?

– Здесь установлен специальный стационарный мини-портал в одну из столичных рестораций. Дерек передаёт им заказ, они присылают готовые блюда. Это очень удобно и намного выгоднее, чем содержать здесь повара.

– Как у тебя всё продумано, – улыбается дракон, – судя по тому, что я вижу, весь дом также напичкан кучей бытовых и защитных заклинаний, верно? Ты хорошо заботишься о поместье и его жильцах.

Я в ответ лишь пожала плечами.

– Шарли, илэр Селина... давно в таком состоянии? Конечно, если не хочешь об этом говорить, можешь не отвечать.

Да, можно промолчать, перевести разговор или грубо ответить, что он лезет не в своё дело. Но... Впервые за всё время мне действительно захотелось с кем-то этим поделиться. А Ноэль всегда неизменно был рядом и поддерживал.

Удивительно, я только поняла, что за все эти годы он действительно стал одной из моих опор.

– Двадцать четыре года, – тяжёлыми камнями упали слова в тишину.

Ноэль охнул.

– И всё это время её состояние не меняется?..

Я тяжело вздохнула и начала свой маленький рассказ:

– Мне было тринадцать, когда родители отправились в очередную вылазку на границы и не вернулись в обозначенные ими сроки. Они оба были сильными талантливыми некромантами и верно служили, когда Ноу призывала своих воинов. В тот раз ни их сила, ни их талант не смогли им помочь – родители столкнулись с высшим демоном.

Отец погиб, мать едва осталась жива, долгое время балансировала между жизнью и смертью, но всё-таки выкарабкалась. Но потеряла двухмесячный плод, о котором знала только сама. Ведь папа, если бы знал, ни за что бы не пустил её с собой. Мама любила отца безумно, она словно и дышала-то только рядом с ним. Поэтому, когда ей сообщили новости об отце... У неё не осталось ни отца, ни дитя, о котором они так долго до этого мечтали. Осталась лишь я.