Шарлотта. Я служу Тьме

Всё же богине не пристало заботиться о разных бытовых мелочах, хоть ей по большей части и не требуется привычных нам удобств. Но духи всё равно оказались очень полезны, особенно когда был возведён Шарэ-Ноу и вокруг Предвечной стали скапливаться приближённые. Постепенно Ноу давала всё большим приспешникам право управления духами. С тех пор негласно повелось, что духи прислуживают в замке, и нет более быстрых, умных и ненавязчивых слуг, как мне кажется.

– Да, конечно, это удобно... – нерешительно кивнула принцесса.

– Но я как-то привыкла к живым слугам, с которыми можно хотя бы парой слов перекинуться...

Ого, Клистемистина не гнушается общению с обычными эльфами? Это что-то интересное. Может, эта приклеившаяся к её лицу маска жутко благородной эльфиечки на самом деле является просто маской?

Я решила закинуть удочку:

– Ваши слуги смогут быть с вами, если вы останетесь в Шарэ-Ноу, принцесса.

Маска дрогнула, но девушка тут же выправилась.

Хм...

Как всегда, прямолинейная как столб, я решила бить в лоб:

– Вы бы хотели остаться в Шарэ-Ноу?

Конечно же, подобные прямые вопросы были далеки от вежливого разговора.

Хотя в нашей беседе изначально не было толкового этикета – я так и не научилась плести изящные словеса, которыми так любит изъясняться этот светлый народ. Впрочем, Клистемистина разговор поддержала и даже не высказала пока ни одной претензии, значит, её устраивает. Эти гордецы не любят терпеть то, что им не нравится, поэтому умеют давать это понять.

– Я не могу знать, как повернётся судьба, Долэ Шарлотта. Может быть, я действительно останусь здесь.

– Клистемистина, – я вкрадчиво улыбнулась, невольно копируя свою “любимейшую” тётушку, которая одной своей мимикой могла уговорить неподготовленного собеседника отписать ей всё своё имущество, – вы бы хотели остаться?

В беседке повисла тишина.

Я неторопливо взяла чашку и отпила горячий чай. М-м-м, повар добавил в него свежих ягод, обожаю.

Тут я заметила движение метрах в десяти от беседки – к нам приближался... Хм, Бейл? Что здесь забыл младший брат Мэй-Дил? Увидев, что я его приметила, мужчина ускорил шаг и вскоре предстал перед нами у входа в беседку, согнувшись в почтительном поклоне.

Бейлу я симпатизировала. Как и многие илэр тёмного двора, что уж тут греха таить. Меня просто очаровывали его пронзительные вишнёво-карие глаза, на которые падала непослушная серебристая чёлка.