Шарлотта. Я служу Тьме

Ничего хорошего это означать, конечно же, не могло.

– Лотти... – мягко начала Праматерь, – ко мне пришёл принц Дорниэль просить твоей руки.

Не сдержавшись, кинула взгляд на эльфёныша. Он уже успел привести себя в порядок и теперь смотрел на меня с лёгкой улыбкой и предвкушающим взглядом.

– Это очень лестно, Великая Ноу.

Та чуть заметно кивнула головой и задала, похоже, главный на сегодня вопрос:

– И что же ты думаешь, моя милая Лотти? Ты согласна выйти замуж за Дорниэля?

На пару секунд я прикрыла глаза, собираясь с духом, а затем, прямо посмотрев во тьму лица Ноу, твёрдо ответила:

– Нет.

Эльфийская делегация в первый момент обомлела, а в следующий – зашлась в возмущении. Я их не слушала.

Своими действиями Ноу уже показала, что моё мнение в данной ситуации важно. Будь иначе, она бы не стала задавать этот вопрос при эльфах. Вызвала бы к себе одну или собрала Совет, где уже в своём кругу либо приказала, либо что-то предложила. При чужих же Ноу никогда не показывала своей власти над нами, значит, и сейчас не стоит ждать от неё прямого приказа.

Тем временем Ноу лёгким движением руки прервала кудахтанье эльфятника и задала закономерный вопрос:

– Почему?

Я думала над ответом на этот вопрос почти полночи, но так и не смогла решить, какой же из вариантов станет для Праматери самым весомым. Поэтому, плюнув на всё, я решила ответить правду, точнее одну из:

– Милостивая Праматерь, для всех некромантов очень важны чистые и искренние чувства, которые в случае чего смогут вытянуть нас самих из объятий Смерти.

После моих слов в комнате повисла тишина. Прервала её Ноу, которая тихо сказала:

– Вы слышали ответ, принц Дорниэль. Прошу вас покинуть мои покои. Одвин, Хлоя, вас это тоже касается.

Принц недовольно и зло поджал губы, потом хотел что-то сказать, но сам себя остановил и, резко развернувшись, удалился из покоев Тьмы.

Я тоже хотела подняться и уйти вместе со всеми, но была остановлена мягким:

– Лотти, останься.

Я осталась в комнате наедине с Предвечной. Снова повисла тишина. Наконец богиня поднялась со своего места и неторопливо прошествовала к окну. И уже там, глядя на Охру, она завела свою речь:

– Я услышала твой ответ, Шарлотта.