Обреченная на любовь. Невеста зверя

Вариантов не было — пора покинуть эту комнату, казавшуюся мне островком безопасности, и шагнуть в новый мир.

Дверь открылась совершенно бесшумно. Марита стояла совсем рядом, снова аккуратно сложив руки и опустив взгляд. Услышав щелчок закрывшейся двери, она подняла голову и радостно посмотрела на меня. Казалось, ей очень хотелось обнимать меня и кружить в веселом танце, но она сдерживалась изо всех сил, блюдя приличия. Но все ее движения были порывистыми и резкими.

— Миледи, я провожу вас в вашу комнату? — в мягком, негромком голосе проскальзывали звонкие, озорные ноты.

— Пойдем, Марита. И не зови меня «миледи», ради… кто тут у вас главный. На ближайшее время — ты моя лучшая подруга.

— Как скажете, ми… Анна. Следуй за мной, Анна.

Путь оказался недолгим, но я успела полностью потерять ориентацию — мы шли по узким коридорам, сворачивали в широкие, пару раз поднялись по крутым винтовым лесенкам и даже раз прошли по открытому пространству — похоже, по небольшой террасе, расположенной на верхушке одной из стен.

— Не переживай. Тебе вовсе не нужно будет каждый день пробираться по этому лабиринту. Просто комната с порталом расположена в старом крыле — там особая кладка в стенах усиливает магию, да и посторонним туда проникнуть невозможно. Ведь никто из нас не хочет, чтобы ты пострадала, — она вдруг осеклась, словно поняв, что наговорила лишнего. А я в ступоре остановилась:

— О чем это ты? Марита?

Девушка бросила несколько быстрых взглядов вокруг и сказала тихо, почти шепотом:

— А вот здесь место, совершенно не защищенное.

Несколько метров широкого коридора, устеленного мягкими коврами, привели нас к высоким двустворчатым дверям, украшенным изящной резьбой и декорированным серебром. Довольно улыбаясь, Марита открыла двери передо мной и сделала шаг назад.

Глава 4

Глядя на искрящуюся весельем горничную, я сразу заподозрила неладное.

Комната оказалась огромной. Да и не комната это вовсе была — целая отдельная квартира.

От входа мы сразу попали в просторную гостиную. Несколько диванов и стульев, выполненных из явно дорогих, благородных материалов лучшими мастерами. Рядом с ними — низкие круглые столики. Инструмент, напоминающий пианино, в одном из углов. Тут вполне можно было устраивать приемы человек на двадцать— тридцать.