Оборотень по объявлению. Альфа ищет пару

— Но волки-то не знают об этом! Их альфа вчера столько раз угрожал сдать меня в МСО…

— Не сдаст, у него глаза добрые! — вдруг выпалила Маша.

— Что? Ты где там доброту увидела? — вилка выпала у меня из рук и звякнула по тарелке. Трещина тут же проявилась на белоснежной керамике. — Ну вот, еще и ущерб потом восполняй!

— Оборотень, способный сдать тебя в МСО, никогда бы не стал угощать тебя конфетками! — выпалила девушка с уверенность, потом отрезала большой кусок мяса и отправила его в рот, тем самым показывая, что разговор окончен.

— Еще как бы стал! Только сопроводил бы это фразой вроде: «Отведай впрок, лисичка», — я тоже принялась за еду. Мне не хотелось говорить о доброте альфы волков. Я понимала, конечно, что Станислав впечатлял одним своим видом, но именно из-за него мы были здесь. Он был волком до кончика хвоста, а я была лисицей. Он был тем, кто отдавал приказы о краже наших разработок, а я была той, кто не спал ночами в своем кабинете, создавая их. И я никак не могла рассуждать о его доброте!

— Вот почему мы тоже не купим домик в лесу? — мечтательно протянула Маша.

— Ты же знаешь: в мегаполисе легче скрыть нашу сеть, бешеный расход трафика, операции. Мы тратим столько электричества, что плати мы реально по счетам, давно бы сидели на паперти или бегали в прислуге у волков и медведей.

— Да-а-а, — задумчиво протянула она, оглянувшись. — Волки, судя по всему, совсем не нуждаются в деньгах.

— Понаблюдав за поведением их альфы, я уверена, для них переведенные со счета деньги – крохи, — я вспомнила спокойствие Суворова.

— Откуда у них такие деньжищи? — Маша отставила пустую тарелку в сторону, а я хмыкнула про себя. Она съела огромный кусок мяса и не заметила. Молодой организм восполнял потраченную энергию.

— Не знаю. Отец всегда мне говорил, что на науке много не заработаешь, — я осилила только половину порции и поставила тарелку на поднос.

— Выставишь в коридор?

— Неа, — протянула я, щурясь. В голове созрел план. — Я надеюсь, что они про него забудут…

Волки были слишком самонадеянны. Они ожидали, что мы будем сидеть в своей комнате, словно мышки: тихо шурша, поедая сыр и изредка попискивая. А между тем меня раздирало от любопытства – я хотела посмотреть на их жизнь изнутри.